Кризис нашего мира (swamp_lynx) wrote,
Кризис нашего мира
swamp_lynx

Categories:

Тайна волшебной сказки

Живите, государи мои, люди русские, в ладу со своей старою сказкой. Чудная вещь старая сказка! Горе тому, у кого ее не будет под старость! © Николай Лесков
"Когда инженер Сайрес Смит(персонаж «Таинственного острова» Жюля Верна) спускался с фонарем в глубокий колодец, он разочарованно сказал: «Я не обнаружил никого и ничего. И все-таки что-то должно там быть». Никого и ничего (Nemo по-латыни). И все-таки изобретательный инженер и его деятельные товарищи обнаружили капитана Немо. Правда, когда он сам того эахотел. В этом отличие тайны от любой скрытой вещи – спрятанного сокровища, неожиданной находки, случайного секрета, замаскированного объекта. В стороне от последних она свободна в своем желании раскрываться. Тайна никогда не должна иметь претензию на таинственность и лучше ей выглядеть как пустяк." Евгений Головин.

"В одной из сказок братьев Гримм собаки носились по кладбищам и пустырям с дырявым неказистым башмаком и, наконец, спрятали его в кустарнике. Сметливый нищий, который всегда интересовался повадками бродячих собак, вытащил башмак, сунул в котомку и побрел в корчму. Попросил у хозяина кусок хлеба, но когда хотел обменять на башмак, хозяин погнал его взашей. «Стой, любезный, - послышалось сзади, - не хочешь ли получить за свой башмак пару отличных сапог?» Почесал нищий в затылке, отказался, подумав: «Видать это не простой башмак, коли такую цену за него предлагают.» Помыслы нищего и ценность башмака нас не интересуют в данном случае. Любой объект окружен лабиринтом значений и добраться до его важного и таинственного смысла нелегко. Скажем, в дверь ломятся бандиты, на полу валяется старое полено: подпереть дверь, избавиться от бандитов – не каждому придет в голову. Следовательно, разгадка тайны дана не каждому, но избранному. В упомянутой сказке рассерженный нищий швырнул дырявым башмаком в назолу-покупателя – кривые башмачные зубы впились в шею. «Не беда, - решил покупатель, - за этот башмак с золотыми гвоздями еврей Нафтула отвалит мне целый мешок монет. Брел, покупатель, брел, а когда пришел к Нафтуле, совсем ослабел, лег на пороге да и помер. Обрадовался ростовщик, заплясал от радости и запел лихую песню: «хорошо живет Нафтула, много много дураков…Осел-то этот не знал, что гвозди башмака отравлены.» «Отстань, кицмохес, - заорал он на любопытную жену, - я теперь да с таким башмаком на самой красотке Мордикен женюсь.» Разозленная жена ахнула его по голове башмаком, глядит, муженек то мертвый. Зарыдала и удрала неведомо куда. Остался башмак хозяином в дому, сидит, прохожих зазывает. Нищий мимо проходил, увидел свою находку и дал стрекача: «Уж лучше матушке чуме колечко подарить, чем с чужим башмаком связываться.»
Нищий по-своему прав. Каждый башмак – «вещь в себе» и «вещь вне себя». Как первый, он не особенно опасен, как другой – дело иное. На чьих ногах он побывал, чьи руки его мастерили да чинили – бог ведает. Надев чужой башмак, пусть как угодно он будет впору, мы принимаем на себя часть иной, неведомой судьбы. Так в сказке Музеуса украл батрак пару почти новых башмаков и привели они его в логово разбойников. Пировали бандиты, а первеющая среди них его жена в платье гулящей девки. «Фрицхен, дорогая, как ты здесь оказалась?» «А вот кум и поживу прислал, - заорала Фрицхен хриплым басом. - Не глядите, что он в обносках, за ноги его к березовому суку привяжите, глядишь, деньги и посыпятся! Это сам эрцгерцог в лохмотья изволил нарядиться!»"


Гены перемешиваются быстрее сказок

Помните сказку о двух сёстрах? Одна была доброй к людям и животным и получила сундук с золотом, а другая — надменная и жадная — заслужила сундук со змеями. Этот сюжет известен во множестве вариантов по всей Европе. И то, насколько они разнятся, зависит не только от расстояния, но и от этнических и лингвистических различий.

На наших просторах больше всего известен вариант «Морозко»: падчерица, умеющая обращаться с духом зимы, возвращается в серебре-золоте, а бестолковая дочь гибнет. (Наталья Седых в роли Настеньки из фильма Александра Роу).

Если бы народные сказки распространялись подобно чернильной кляксе на бумажном листе, можно было бы ожидать плавных градиентов в зависимости от расстояния. Однако исследователи обнаружили, что языковые различия между культурами становятся серьёзным препятствием на пути диффузии. Эти барьеры сильнее тех, которые возникают при обмене генами. Иными словами, ситуацию можно выразить так: «Я стану твоей женой, но сказки я буду рассказывать свои, а не твои».

Группа учёных из Австралии и Новой Зеландии изучала варианты сказки о двух сёстрах, бытующие в 31 европейской популяции, в том числе среди армян, шотландцев, басков и исландцев, с помощью статистических методов популяционной генетики. «Обнаруженные нами географические градиенты по масштабам аналогичны наблюдаемым в области генетики, что говорит о параллельном протекании процессов, ответственных за смешивание генетической и культурной информации», — отмечает ведущий автор Квентин Аткинсон из Оклендского университета (Новая Зеландия), известный своими провокационными исследованиями и неожиданными выводами.

«Но механизмы не идентичны, — добавляет г-н Аткинсон. — Эффект этнолингвистической границы сильнее проявляется в случае сказок, чем генов». Это согласуется с данными других исследований — например, о распространении народных песен. «Наши результаты поддерживают мнение о том, что культурные различия более заметны, чем генетические вариации», — продолжает учёный.

«Культуры похожи на биологические виды, — соглашается комментатор Марк Пейджел из Редингского университета (Великобритания). — Культурные группы обладают чётко выраженными границами и могут поглощать генетических иммигрантов, не поглощая их культуры».

Сказка о двух сёстрах выбрана в связи с тем, что она широко известна и хорошо документирована в различных сборниках, а потому может послужить показателем культурного обмена. Всего исследователи обнаружили около семисот вариантов. В некоторых из них вместо сестёр фигурируют кузины, братья, дочь и служанка. То есть сюжет сохраняется, но некоторые реалии изменяются, чтобы соответствовать культурным традициям того или иного региона.

Возможно, в дальнейшем благодаря цифровым библиотекам подобные исследования станут обычным делом, и культурологическая компаративистика сможет похвастаться математической точностью.

bilibin_maria_morevna_3


Originally posted by by az118 at Русские не девушки и не клоуны, чтобы всем нравиться
Язык - это кровь, мед и молоко в энергии слов-имен-глаголов-прилагательных, присущих сущностям - родам сущего дома, присутствующих с зачатия в утробе материи ребенка, слушающего речь, интонации, песни и сказки о прошлом, о правителях и героях, о любви и войне, о настоящем, о надеждах ее, отца, старших братьев и сестер... это материнская грудь и руки отца... это шелест травы и листьев, шепот ветра и зов облаков...

раньше мир был жесток героически,
а герой - почти полубог, вокруг которого все становится трагедией,
когда вокруг бога все стало миром (с) Ницше

сейчас мир жесток инфантильно и тупо,
ибо вокруг клоуна все становится цирком и шоу с комиксами,
и хвосты виляют собаками...


Ролло Мэй "Сила и невинность".

"Идея о том, что человеку должно быть приятно все, что приходится делать, есть иллюзия, и к тому же нездоровая. Если мы имеем возможность любить и выбирать определенную долю того, что мы делаем, а все остальное делаем потому, что от нас этого требуют, то не пытаемся обмануть себя, мы более эффективно сохраним свою автономию и свою человечность.

Для начала необходимо разделить два типа невинности. Один – это свойство фантазии, невинность поэта или художника. Это сохранившаяся у взрослого детская ясность восприятия. Все вокруг обладает свежестью, чистотой, новизной и красочностью. Это детское отношение к миру, сохраняющееся в зрелом возрасте без ущерба для реалистичного восприятия зла. Это подлинная невинность.
Существует и другой тип невинности – псевдоневинность. Она паразитирует на наивности и представляет собой законсервированное детство, своего рода фиксацию на прошлом. Это скорее инфантилизм, нежели детскость. Когда перед нами встают вопросы, слишком масштабные или ужасные для нашего ума – как например, атомная бомбардировка, - мы прячемся за подобной невинностью, обращаем бессилие, слабость и беспомощность в добродетель. В отличие от невинности первого рода, она не делает все ярким и ясным, она все упрощает. Такая невинность не может справиться с разрушительностью в нас или в других людях и сама становится разрушительной. Невинность, неспособная вобрать в себя демоническое, сама становится злом.

Искажение языка сейчас происходит очень быстро. А когда язык искажен, люди утрачивают веру в то, что они слышат, и это ведет к насилию: насилие и общение исключают друг друга.
Каждый индивид одновременно связан с другими и независим от них. Из этой двойственности природы человека рождаются символы и мифы, составляющие основу языка и служащие связующим мостом над разделяющей их пропастью. Поскольку символы приводят к соединению смыслов, они высвобождают огромную энергию.
При нашем отчуждении и изоляции мы страстно желаем простого, открытого выражения наших чувств к другому, непосредственного отношения к его бытию, например, смотреть в глаза, чтобы видеть и чувствовать его, мы желаем прямого телесного выражения близости, чтобы сократить время узнавания другого, обычно требуемое близостью; мы хотим говорить посредством тела, моментально перескочить к идентификации с другим, пусть даже мы знаем, что она будет неполной. Короче, мы желаем обойти все символические вербально-языковые препоны. Это есть включение тела во взаимоотношения, когда взаимоотношения нет.

Разрушение общения есть духовный процесс. Слова черпают свою коммуникативную силу из факта их причастности к символам. Собирая смыслы в единый гештальт, символ обретает качество имени, указывающего на превосходящую его реальность. Символ дает слову силу приводить к одним смыслам от эмоциональной приверженности другим. Разрушение символов есть, поэтому, духовная трагедия. "


Элиас Канетти
"Земля обетованная здесь, на земле, можеть быть занята врагами и опустошена, народ, которому она обещана, может быть из нее изгнан. Мекка была покорена карматами и разграблена, священный камень Кааба был ими похищен. Много лет никакое паломничество было туда невозможно. Но потусторонний мир, обитель праведников, недоступен никаким подобным опустошениям. Он живёт лишь одной верой и лишь для верующих существует. Распад медленной массы христианства начался в тот самый миг, когда начала рушиться вера в потусторонний мир.

Во всех древних текстах полно хвастовства и самовосхвалений такого рода: человек сообщает, что он искал опасности и подвергал себя ей. Он подпускал ее к себе как можно ближе и рисковал всем. Из всех возможных ситуаций он выбирал ту, где был больше всего уязвим, и обострял ее до крайности. Он кого-то сделал своим врагом и вызвал его на бой. Возможно, это уже и прежде был его враг, возможно, он только сейчас его объявил врагом. Как бы там ни было, он сознательно выбирал путь высшей опасности и не старался оттягивать решение.
Это путь героя. Чего хочет герой? На что он в действительности нацелен? Слава, которой все народы окружают своих героев, стойкая, непреходящая слава, если их деяния разнообразны или достаточно часто повторяются, может обмануть относительно более глубоких мотивов этих деяний. Предполагается, что лишь слава их и интересует, но я думаю, в основе здесь лежит нечто совсем другое: возможность быстрее всего обеспечить себе таким образом чувство неуязвимости.

Человек, беззащитный внешне, может прикрыться доспехами внутренними: такими внутренними доспехами против вопроса является тайна. Она подобна второму, более защищенному телу, скрытому внутри первого; попытка приблизиться к ней чревата неприятными сюрпризами. Тайна выделена среди остального как нечто более плотное и укрыта мраком, осветить который дано лишь немногим. Всегда больше волнует исходящая от тайны угроза, чем собственно ее содержание. Самое важное, можно сказать, самое плотное в тайне это недоступность вопросу. "


Евгений Головин
Никто не будет спорить – «Собака Баскевилей» - страшный рассказ. Но ничего таинственного нет. Напротив, автор настолько хорошо анализирует мотивы и детали преступления, что остается только восхищаться талантом Шерлока Холмса. Это человек сугубо современный. Для него существует головоломка, хитросплетение замысла – их необходимо распутать хотя бы ради собственного честолюбия, ибо Шерлок не простит себе ошибки или заблуждения. Он невыносимо скучает «без дела» - дело для него заключается в раскрытии сложной загадки – иначе он предается скрипке или морфию. Он с удовольствием вмешался бы в коварные затеи «прародителя зла», но «сказок больше нет на этом грустном свете». Трудно вообразить человека более далекого от идеи тайны, нежели Шерлок Холмс. Нельзя путать романтику преступления со специалистом «по распознаванию разных пеплов табака», как нельзя смешивать угрюмого усталого пропойцу с блестящим клоуном на арене.
В наше время люди разделились на чудаков, чувствующих тайну решительно во всем, и специалистов, которые утверждают, что «со временем на этот вопрос будет получен ответ.» Этих специалистов, неуклонных оптимистов становится все больше, но все они отвечают на мелкие вопросы, которые со временем либо забываются, либо встречают неуклонных противников. Даже мелкие вопросы веерно раздробляются на совсем уж микроскопические. Никто не думает спрашивать вечное: «Кто мы? Откуда пришли? Куда идем?» Никто не думает констатировать:

Но в мире есть иные области,
Луной мучительной томимы.
Для высшей силы, высшей доблести
Они навек недостижимы.

Там волны с блесками и всплесками
Непрекращаемого танца,
И там летит скачками резкими
Корабль Летучего Голландца. (Н.С.Гумилев)


Originally posted by jorian at И пару слов за новости науки
Прослушал тут небольшую лекцию по филологии. Интересная штука, как оказалось, обнаружена современной наукой! Оказывается, структура волшебных сказок, рассказываемых в разных странах мира, практически ничем не отличается. Кроме одной маленькой особенности: в европейских странах с традиционной протестантской культурой очень непопулярен мотив реципроктного альтруизма. Реципроктный альтруизм - это, грубо говоря, когда Иванушка дурачок спасает птичку, рыбку и зверушку, а они потом в ответ спасают его самого. То есть сегодня ты мне помог, а я запомнил и в ответ где-нибудь послезавтра сам тебе помогу. Так вот: в традиционно протестантских странах, в отличие от всех остальных стран мира, такой альтруизм народом крайне не приветствуется. Насколько я помню, пословица "оказанная услуга уже ничего не стоит" происходит из народной мудрости Великобритании - страны как раз традиционно протестантской.



Originally posted by az118 at Природа традиционализма
"Общечеловеческие ценности" - симулякр эпохи восстания масс атомизированных индивидов, вообразивших себя свободными, а на деле манипулируемыми архитекторами глобального общества потребления

люди конечно клетки организмов-государств, где части служат иерархическому целому. и именно поэтому равноправными они не могут быть, ибо здоровое государство живо тремя сословиями - воюющим, молящимся и производяще-торгующим, подчиненным этике служения и морали милосердия.

на западе это забыли как и бытие за грудами сущего и индивидов.

свобода клеток - это рак. распад тканей и смерть.

потому-то либерал и есть животное, ибо не ведает что творит.

а ведал бы - не был бы либералом

Индивид, для которого его Эго является высшей ценностью, а индивидуальный интерес выше всех прочих интересов, внутренне готов предать все и всех, ибо для него не существует ничего, во имя чего стоило бы жертвовать своими интересами, своей душой, своей жизнью. Сам интерес для него лишь то, что между его желаниями и средствами удовлетворения оных желаний, не допускающее ничего надиндивидуального, которому оно должно было бы быть безусловно подчиненно.

Индивид, самоценность которого всячески угнетается и отрицается, а интересы игнорируются, либо зачахнет, либо поднимет бунт. И будет прав, ибо подобное отрицание подрывает само основание бытия человека как особой природы.

Оба случая есть следствие распада человеческого бытия в его стремлении утвердить себя в качестве абсолютной сверхценности, в пределе сверхценности каждого индивида, требующего абсолютных прав при условных обязанностях на основе формальных норм, в итоге становящихся отчужденным надиндивидуальным регулятором, подчиняющим индивидуальные интересы. При этом стабильность социума поддерживается скрытой, но реальной, иерархией, на вершине которой всегда тот или иной тип аристократии, реально распоряжающейся правами прочих, включая право на жизнь и смерть.

Сущность же аристократии не в объеме прав и привилегий, но в особых обязанностях на основе особых качеств, т.е. в ее особой надиндивидуальной природе, обеспеченной правами и привилегиями.

Типов же аристократии всего два:
- олигархическая, жертвующая всегда другими, но не собой, и потому в итоге паразитическая;
- военно-монархическая, ходящая сама по лезвию бритвы.

Страх перед das Man (человек массы эпохи модерна - носитель неподлинного вот-бытия), который, как и Machenschaft - расчетливая деловитость -, в постмодерне лишь получил дальнейшее развитие. - страх, возможный лишь у человека запада, ибо это страх автономного индивида из массы таких же как он.

на востоке сам индивид совсем иной конституции
Tags: picture, культура, литература, мечты, психология
Subscribe

  • Соло как образ жизни

    Originally posted by yaponskiebudni1 at Соло как образ жизни Вы любите проводить время в одиночку? В кафе в одиночку заходите? А на…

  • Интерсекциональный феминизм

    "Интерсекциональный феминизм — ​движение, которое подразумевает связку между всеми формами угнетения. Что это значит? Это значит, что все виды…

  • Требовать и обижаться

    Если модерн был про надзирать и наказывать, то в эпоху постмодерна добавилась необходимость требовать и обижаться. С уменьшением явной агрессии…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments