Кризис нашего мира (swamp_lynx) wrote,
Кризис нашего мира
swamp_lynx

Categories:

Империя и новые варвары. Разрыв Север — Юг

"Когда-то Мао Цзэдун выдвинул доктрину «Мировая деревня окружает мировой город», где сконцентрированы эксплуататоры. Сегодня, напротив, в мегаполисах и мегасити сконцентрированы эксплуатируемые и те, кого даже не берут в эксплуатацию, — «избыточное человечество». А верхушка, будь то Лондон, Нью-Дели или Сан-Паулу, переезжает в укрепленные загородные виллы, как это делала римская знать в конце империи, бросая Рим, форум которого зарос травой, где гужевались свиньи. Переезд сытых пожилых изнеженных римлян в охраняемые виллы не помог — варварская волна и восставшие собственные варваризированные низы смели их. Ныне, похоже, мы находимся на пороге (а отчасти уже в начале) нового Великого переселения народов. И как бы североамериканцы, австралийцы и европейцы ни пытались регулировать процесс миграции, у них ничего не получится — нужда и беда выталкивает афро-азиатские и латиноамериканские массы в мир сытых и глупых белых людей." Андрей Фурсов.

Андрей Фурсов - Катастрофы и новые отверженные

"К тому же без притока бедноты с Юга экономика ядра, прежде всего третичный сектор не сможет функционировать — европейцы и американцы обленились и никогда не станут выполнять ту работу, за которую уцепятся выходцы с Юга.
В результате на самом Севере мы имеем противостояние: богатые, белые, христиане, пожилые — против бедных, небелых, в основном мусульман, молодых. Четыре противоречия в одном — это социальный динамит. Недавние расовые бунты во Франции — это так, цветочки, «проба пера»."

Dark-Sun-Psionics

— Что же получается? Западная финансовая аристократия уподобилась советской партийной номенклатуре? Та ведь тоже хотела возглавить перемены, дабы сохранить власть и привилегии, начала перестройку — и потеряла управление над неконтролируемо разросшимся кризисом. Ни дать ни взять — социальная версия Чернобыля. Финансовая элита Запада тоже пустила реактор истории вразнос. Страны уже бывшего «золотого миллиарда» опасно раскалываются изнутри, идет обнищание среднего класса, вспыхивают социальные конфликты — и тут же на это накладывается демографический натиск «неоварваров», грозящий самому существованию Запада.

— Это так. Выигрывая в краткосрочном и отчасти среднесрочном плане от ослабления и устранения среднего класса, финансовые олигархии в долгосрочном плане закладывают динамит под самих себя. Кстати, похожая ситуация складывается в РФ, где поощрение миграции объективно усложняет жизнь среднего класса и также закладывает социальный динамит. За все придется платить.

***

"О том, что Америке нужна передышка, прямо пишут американские учёные Чарлз Капчан и Адам Маунт (Джорджтаунский университет) в весьма знаковой статье "Автономное управление. Американская политика после "продвижения демократии", которая опубликована в журнале "Democracy. Journal of ideas".
Капчан и Маунт ещё раз признают, что у Запада (США) не только не хватает сил для прямого управления миром — нужно косвенное, автономное (чужими руками), но и что западные методы управления миром, т.е. обеспечение социально-политических, культурно-идеологических условий глобальной эксплуатации утрачивают эффективность, а следовательно, необходим переход от западных "либеральных" к местным "авторитарным", которые в глазах местного населения будут легитимными, как бы своими. Иными словами, речь идёт о демонтаже западного либерального фасада глобализации и замена его вне Запада местными формами — на иное нет сил и возможностей.
Этот шаг отчасти можно сравнить с прекращением серьёзной экспансии Римской империи после Траяна (98-117 гг. н.э.) с характерным для неё стремлением переделать мир на римский лад и переходом к косвенным, дистанционным методам управления, с одной стороны, и к стратегии обороны, сдерживания (строительство валов против варваров на границах империи), с другой, ибо к концу I в. н.э. внешне находившаяся в своём зените Римская империя достигла предела в перенапряжении сил.

У США нет сил и средств управлять миром, т.е. обеспечивать глобальное накопление капитала. Тем более, что, во-первых, глобальная экспансия капитала вширь окончена — нужна глобализация вглубь, требующая и дополнительных сил, и новых методов. США нужна передышка. Во-вторых, США всё больше и чаще сталкиваются не только с сопротивлением, но также с непредвиденными средне- и долгосрочными результатами своей внешней политики (прежде всего в Азии) во второй половине XX в. "Отдача" и "немезида" — так характеризует бумеранговое возвращение указанных результатов Ч. Джонсон — автор книг с одноименным названием — "Отдача" и "Немезида". Иными словами, США слабеют, несмотря на де факто превращение в течение последних 15-20 лет в военную империю, проблемы нарастают. И в то же время США должны оставаться наверху "трофической цепи" глобального накопления, не теряя бразды управления миром. В качестве решения этой дилеммы и предлагается модель автономного управления миром (МАУМ). И мы видим, что кое-какие шаги в её реализации уже имеют место.

Если схему МАУМ начнут реализовывать всерьёз, то мы получим вторую, после 1973 г., важнейшую веху в развитии мирового управления, а мир вступит в новую управленческую фазу.
Напомним, что оказавшись на рубеже 1960-1970-х годов в тяжелейшей, кризисной ситуации, США вынуждены были резко и существенно повысить роль Западной Европы (прежде всего Германии) и Японии в управлении мировыми процессами. Организационным выражением этой вынужденной уступки (США требовалась передышка, и СССР, к сожалению, этим не воспользовался, предпочтя сыто почивать на "нефтяных лаврах") стало создание Трёхсторонней комиссии. Именно поддержка со стороны Европы (Германии) и Японии позволила США устоять в 1980-е годы, когда рейганомика чуть не столкнула страну в пропасть. Разрушение СССР и перекачка огромных сумм (по разным оценкам — от 200 млрд. до 1 трлн. долл.) в США на время решили их проблемы. Однако экономическое давление Китая, нарастание кризисных явлений и ряд других факторов, включая имперское перенапряжение, в очередной раз столкнули США с серьёзнейшими проблемами. "Трёхсторонности" для их решения уже не хватает, нужна много— (10-15) сторонность, необходимо подключить к решению задачи сохранение американского руководства миром верхушек уже не двух "сторон", а десятка-полутора, создать клуб управителей мира, наделить их "кольцами власти", но так, чтобы главное — Кольцо Всевластия — осталось в руках США, как и право назначать те или иные страны на роль зла, Мордора, "хищников" и т.п.

Задумано неплохо, точнее, это, пожалуй, единственный выход для США институциализировать очередную фазу — будем называть вещи своими именами — своего ослабления, утраты гегемонии, отступления как форму автономного (косвенного) управления миром. "Многосторонняя комиссия" — так тоже можно назвать этот проект, проект намного более реалистичный, чем "новое американское столетие", "лига демократий" и т.п. И в то же время более хитрый, иезуитский. Ведь, по сути, создаётся глобальная преторианская гвардия из наиболее крупных государств полупериферии, верхушке которых поручается защита интересов США, Глобальной Матрицы (хотя это не одно и то же, но в данном случае от указанного различия можно абстрагироваться) и в связи с этим делегируются некие права и полномочия (участвовать в определении "хищников", наказывать их, отнимая суверенитет, ресурсы и т.д.), и долю в отчуждаемом глобальном продукте. Речь идёт именно о верхушках, которые конституируют корпорацию-государство внутри всё более превращающегося в скорлупу нации-государства; их включение в "автономное управление" — это не включение целых стран в мировую верхушку, а включение именно аппаратов управления — корпораций-государств в верхнюю часть мировой пирамиды-иерархии корпораций-государств, над которой висит Око — недремлющий глаз хозяев пирамиды.

Однако, как гласит распространённая у англосаксов поговорка, "every acquisition is a loss and every loss is an acquisition" — "каждое приобретение — потеря и каждая потеря — приобретение". Приобретения, которые сулит МАУМ, особенно в краткосрочной перспективе, очевидны и понятны. Но, как несколько раз повторил Обама в Москве понравившуюся ему фразу одного из студентов: " В реальности мир не так рационален, как на бумаге". На наш взгляд, уже в среднесрочной, не говоря о долгосрочной перспективе, вырисовываются возможные потери, причём весьма серьёзные.

Первое. Капчан и Маунт строят свою статью так, будто в мире после крушения исторического коммунизма и распада СССР исчезло противостояние. Однако факты противоречат такому подходу. Если говорить о кризисе, то он только усилил это противостояние. Причем речь идет не только о глобальном противостоянии по осям США-Китай, США-Россия. На планете одномоментно идет каскад противостояний разного уровня, в каждом из которых просматриваются отблески глобальных противостояний.

По данным Гейдельбергского Института Исследований Международных Конфликтов, в 2008 году в мире было отмечено 345 политических конфликтов, 39 из которых перешли в военную стадию, среди них было девять "полноценных" войн. Кроме того, в 95 случаях конфликты переходили в стадию спорадического насилия, то есть там вели бои и проливалась кровь, однако число жертв было относительно небольшим.
Кровавыми, затяжными зонами конфликтов продолжают оставаться Ближний Восток, Африка, Афганистан. Впереди отчетливо маячат еще две более масштабные войны, в которых, возможно, предстоит участвовать США, — в Пакистане (которая опосредованно уже идет) и с Ираном.

И, наконец, последнее по счёту, но не по значению: Капчан и Маунт "забыли" о Китае, о его конкуренции с США. Действительно, Китай ломает всю МАУМ. Ответа на вопрос, как интегрировать в неё Китай, у её авторов нет. Думается, беспорядки в Синьцзяне поставили на этой интеграции жирную точку. Китайцы в своих СМИ открыто обвинили "Всемирный конгресс уйгуров" со штаб-квартирой в США в сетевой организации этого мятежа.
Второе. Резервуар, из которого черпает дополнительные силы МАУМ, создавая новое, расширенное "Глобальное Политбюро" — полупериферия, т.е. средний слой мировой системы. В результате этот мировой средний слой, мировая середина размывается, усиливается поляризация в глобальном масштабе: слабые и бедные — внизу, богатые и сильные, которые автономно управляют ими (т.е. изымают прибавочный продукт) — наверху. И почти никакой середины. Иными словами, в сфере межгосударственных отношений и на глобальном уровне должно произойти то, к чему неолиберальная глобализация уже привела в экономике как на межстрановом, так и на внутристрановом уровне — вымывание середины, разрушение среднего слоя.

Как показывают исследования ООН и Всемирного Банка, именно страны со средним уровнем дохода стали жертвами неолиберальной глобализации: со странами с высоким уровнем дохода они не могут конкурировать по технологическим и институциональным причинам, со странами с низким уровнем дохода — из-за дешевизны рабочей силы в последних. Что касается среднего слоя внутри различных стран, то его положение за последнюю четверть века ухудшается везде: в одних случаях — стремительно и катастрофически (Латинская Америка в 1980-е годы, Восточная Европа и экс-СССР в 1990-е), в других — постепенно (США, Западная Европа).
С точки зрения тренда вымывания/ослабления середины на меж— и внутригосударственном уровне МАУМ — это последний штрих, завершающий мазок в оформлении системы без середины, системы глобального апартеида. Такие системы, однако, крайне неустойчивы. Поляризация порождает не просто гроздья гнева, но социальный динамит. "Глобальный полицейский" в виде чего-то типа "Многосторонней комиссии" и её структур не сможет эффективно решить проблему отрицательных последствий уничтожения середины.

Более того — и здесь мы подходим к третьему фактору. Решив какие-то проблемы в краткосрочной перспективе, МАУМ создаст серьёзные среднесрочные проблемы, которые она решить не сможет. Причём главной проблемой, скорее всего, станут силовые структуры МАУМ — глобальная преторианская гвардия, т.е. организованные в корпорации-государства верхушки вновь принятых в ядро "ответственных" и "добропорядочных" стран. История учит: рано или поздно преторианцы ставят императоров (и империю) под контроль.

В 1991 году во Франции была опубликована весьма интересная книга Ж.-К. Рюфена "Империя и новые варвары. Разрыв Север — Юг". Разбирая различные варианты реагирования Севера (Запада) на давление со стороны Юга, особое внимание он уделил такой форме, как "государство-буфер" (l'etat-tampon). "Государство-буфер" — это относительно развитое и граничащее с Севером или расположенное недалеко от него государство, верхушка которого защищает Север от наступления Юга, вызовов и давления с его стороны. В качестве возможных "государств-буферов" Рюфен называет Мексику, Алжир, Турцию и ряд других. Обеспечивая стабильность Северу, "государства-буферы" получают за свои полицейские функции долю прибавочного продукта, т.е. начинают соучаствовать в эксплуатации Юга в качестве эдакого "Полусевера".

Однако, подчёркивает Рюфен, здесь кроется серьёзная проблема для сытого мирного и стареющего Севера — растущая зависимость от "государств-буферов", которые по определению должны быть авторитарными и милитаристскими. С какого-то момента они начнут шантажировать Север, требуя всё большую долю в отчуждаемом глобальном продукте. Аргументы у "буферщиков" — беспроигрышные и убийственные: от прекращения выполнения своих функций до угрозы (она вполне реальна) возглавить Юг в его не столько даже борьбе против Севера, сколько в организации нашествия южных масс в "северную зону", в завоевании её и создании на её руинах нового мира — sic transit Gloria mundi Запада.

Кстати, история Римской империи — наглядное свидетельство крушения стратегии типа "буферов" и МАУМ. Варвары, которым разрешали селиться на границах империи, должны были защищать её от других, более диких варваров, получая за это определённое вознаграждение. Возник целый пограничный пояс таких структур, который со временем начал давить на слабеющую империю, шантажировать её. А когда империя не смогла платить, варвары просто завоевали её, воспроизведя на международном уровне схему "преторианцы — император". Иными словами, Римская империя взрастила своего могильщика. Поэтому Капчану и Маунту следует быть более осторожными с их призывами к Западу "взращивать новых участников мирового процесса", тем более, что Америка уже "взрастила" бен Ладена, а Израиль — "Хамас" — мало не показалось. С другой стороны, у США как империи, по-видимому, просто нет другого выхода, и это, перефразируя название одной из книг Ч. Джонсона ("Печали империи"), одна из её печалей. Вопрос в том, насколько Западу (США) удастся продлить передышку и растянуть процесс сохранения "руководства многосторонним миром".

С учётом сказанного выше ясно, что МАУМ объективно является мягкой формой перехода Запада к постзападному миру, а Америки — к миру, в котором она не будет гегемоном и в котором будет 7-10 конкурирующих игроков. О скором пришествии такого мира уже пишут на Западе. Так, в 2008 году в Париже появилась книга Ж.-Ф. Сюсбьеля "Воюющие царства. К новой мировой войне". По мнению автора, мир после 2020 года вступит в эпоху, весьма похожую на эпоху "Чжаньго" ("Воюющих царств") в китайской истории, когда семь примерно равных по силе царств — Ци, Чу, Янь, Хань, Чжао, Вэй и Цинь — в течение почти двух столетий (403-221 гг. до н.э.) вели борьбу за объединение китайского мира. Похоже, глобальный мир тоже вступает в подобную эпоху, и предлагаемая МАУМ — один из индикаторов приближения новой эпохи.

Нам в России для себя надо решить: работать вместе с американцами на торможение или же действовать по принципу "падающего подтолкни", т.е. работать на приближение новой эпохи, новой глобальной смуты? Эта дилемма становится главной. И решать ее надо весьма прагматически — ничего личного, только политические, военные и экономические интересы России."

***

"Капитализм, продемонстрировав фантастические материальные и научные достижения, подвел человечество к краю исторической, биологической, природной пропасти.

У А. Конан Дойла есть роман «Когда земля вскрикнула». Земля конца XX — начала XXI века не просто вскрикнула, она орет что есть сил, пытаясь привлечь внимание людей к опасной ограниченности созданной ими индустриальной цивилизации и возможном окончательном решении человеческого вопроса путем освобождения биосферы от надоедливого и алчного «человека разумного» (homo sapiens) , который — особенно в капсистеме — перестает быть sapiens .

Исчерпание ресурсной базы, проблемы экологии (если добыча ископаемых продолжится темпами, характерными для ХХ века, то, как считают специалисты, за ближайший век из недр будет изъято все, что планета накопила за четыре миллиарда лет!), демографии, продовольствия, воды — все это напоминает кризис верхнего палеолита, но только многократно усиленный, усложненный и опасный, способный не только сократить население планеты на 50-80%, но и обнулить его.

В любом случае, удастся ли человечеству преодолеть кризис с относительно минимальными потерями или это будет повторение верхнепалеолитического кризиса по полной программе, жизнь после кризиса будет принципиально, практически по всем параметрам отличаться от посленеолитической истории, от цивилизации. Это будет другой мир, другая история.

Может быть, другая цивилизация. А может быть, неопалеолит или нечто третье. В любом случае — к сожалению, мало кто это понимает — мир доживает последние докризисные десятилетия.

Вы сказали, что русские приспособлены к выживанию в условиях кризисов и смут. Это так. Более того, механика русских смут может кое-что прояснить в нынешней глобальной смуте.

В свое время В.О. Ключевский и С.Ф. Платонов предложили свои концепции русской смуты конца XVI — начала XVII вв., которые работают не только на материале той смуты, но, во-первых, всех русских смут (1870-х — 1929 гг. и нынешней, стартовавшей в 1987 г.); во-вторых, макроисторических кризисов — позднеантичного, позднефеодального, глобального позднекапиталистического.

Ключевский и Платонов выделили в истории Смуты три фазы: первая — «боярская» у Ключевского, «династическая» у Платонова; вторая — у обоих «дворянская»; третья — соответственно «общесоциальная» и «национально-религиозная».

Наши историки точно зафиксировали, что смуты начинаются с борьбы вверху, а затем как бы спускаются вниз, охватывая сначала низы господствующих групп и средние слои, а затем общество в целом.

То, что Ключевский назвал общесоциальной фазой, по форме, как правило, выступает в качестве национально-религиозной, то есть переходит на уровень борьбы за национальную и (или) религиозную идентичность, хотя содержание носит вполне социальный характер (примеры — «протестантская» революция в Европе в XVI веке, современный исламский фундаментализм).

Схема Ключевского-Платонова неплохо объясняет механику нынешнего кризиса. Глобальную смуту начинает «мировое боярство» в борьбе за свои «династические привилегии».

Затем смутокризис охватывает средние слои, причем главным образом на полупериферии и периферии, которые эксплуатирует «железная пята». Этот процесс усиливает эксплуатацию и депривацию низов, перед которыми во всей остроте встает проблема социального падения, утраты идентичности и — часто — физического выживания.

В 1970-е годы мы начали «въезжать» — при всей условности и поверхности аналогий — в аналог кризиса «длинного XVI века» (борьба верхушки со средними и рабочими классами), который довольно быстро стал перетекать в аналог позднеантичного кризиса (порой даже кажется, что оба аналога развивались синхронно).

И вот мы приближаемся к самой страшной фазе — национально-религиозной (то есть общесоциальной, мировой), которая, помимо прочего, совпадает с аналогом верхнепалеолитического кризиса. (Напомним, что тогда погибла большая часть человечества).

Причем выход из каждого отдельного кризиса не выводит из него, а является входом в следующий. Это вовсе не «черновидение» (Ст. Лем), а реальность, в которой уже живет огромная часть мира.

Достаточно указать на конфликты в Судане, войну между хуту и тутси в Руанде, которая унесла около одного миллиона жизней — и не надо успокаивать себя тем, что это далеко, — есть и поближе: Афганистан, Чечня, Косово.

К тому же, как правило, кризисы начинаются на периферии. Помните, откуда пришли христианство и ислам? Нас от жестокого кризиса избавляет пока то, что мы до сих пор проедаем остатки советской системы и обладаем ядерным оружием — тоже, кстати, советское наследие, которое до сих пор гарантирует нам непревращение в сербов, пуштунов и иракцев."

— Кстати, «трущобный народ» идеально приспособлен для выживания в условиях кризиса и тотального разрушения старой цивилизации. Обратите внимание на романы-катастрофы Саймона Кларка. В них современное общество рушится из-за климатических или геологических катаклизмов, воцаряются одичание и хаос — и в таких условиях господство захватывают выходцы со «дна»: бродяги-бомжи, трущобники. Жестокие, сплоченные, жаждущие отомстить тем, кто их еще вчера презирал и отвергал. И на руинах мегаполисов воцаряется ад…

— Или «Мир черного солнца» — так называется одна из многих версий игры «Dungeons and dragons», посвященная миру после глобальной катастрофы.

Dark Sun (Мир Тёмного Солнца)
Действие происходит в пустынном мире Атас. Этот мир когда-то был голубой планетой, полной жизни, но теперь лишён своего плодородия неконтролируемым использованием магии. Это — выжженная солнцем земля без богов, воды и надежды. Ещё одной особенностью Атаса является отсутствие полезных ископаемых, в результате чего единственной возможностью является применение дерева, обсидиана и кости в качестве материала для изготовления оружия, инструментов и других вещей.
В бесконечной пустыне обитаемы только отдельные оазисы и города-государства. Правителей изолированных городов-государств называют Королями-Колдунами, в большинстве случаев они тайно находятся на той или иной стадии превращения в драконов. Власть в городе держится на Темпларах. Темплары служат и поклоняются Королям-Колдунам, которые являются источником их заклинаний.
Tags: будущее, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments