Клиент или ученик
Очень часто наблюдаю ситуации, когда человек длительное время посещает психотерапевта, но при этом никак не может решить свои проблемы. Главная причина, что терапевт не даёт механизм реальных, а не косметических изменений. Он даёт утешение, говорит правильные и нужные слова в случае высокой квалификации, что вполне заменяет в наше атомизированное время друзей и подруг. Но если проблема глубокая, то должен происходить выход за рамки современных социальных стандартов, нужны отношения наставник - ученик. Где человек даже в случае полного выпадения из общества, не становится лузером или аутсайдером, а сохраняет достоинство. Это самый критичный момент сегодняшей реальности, которая всё больше строится на формальных признаках, когда социальные навыки родителей определяют для ребёнка практически всё. "Не отпускай меня" Исигуро в этом плане крайне актуальная книга, наблюдаю многих подростков в похожем положении. Два основных препятствия в том, что отношения наставник - ученик не построишь на коммерческой основе, а люди даже в самом отчаянном положении слишком ценят собственное Я, чтобы занять положение ученика.
Марина Таргакова: "Когда вы создаете новое поведение, вам ничего не понятно и вот это чувство уязвимости ум не хочет испытывать. Но уязвимость это чувство ученика. И для того чтобы нам с вами наконец-то стать учениками, нам нужно принять в свою жизнь собственную уязвимость.
Очень важно чтобы рядом с вами появились те люди, с которыми вы способны быть уязвимыми, способны быть не успешными, способными быть не знающими, а просто учиться. И вот это новое поведение творить очень интересно."
Вопрос: Как внешне проявляется ученическое настроение?
Ответ: Физическое тело очень хорошо показывает, если человек находится в маске или закомплексован. Как вы думаете, что первое выдаёт человека, что он неестественен? Напряжение! И это читается во взгляде.
Знаете, есть такое понятие: я могу-я не могу, а есть понятие: я учусь. Именно самое устойчивое положение в этом мире - это положение ученика.
Я могу знать что-то, могу не знать чего-то, и я просто учусь, потому что сегодня то, что я знаю, завтра может быть совершенно другим! И поэтому когда человек учится, это делает его расслабленным. Но только не размазней какой-то, не квашней, а ученик - это всегда внутренняя собранность, внешняя расслабленность.
Потому что у него есть доверие, доверие процессу, потому что он знает: все, что к нему в жизни приходит, ему надо принять, переварить и научиться с этим справляться. Вот это позиция ученика.
А человек, который находится не в позиции ученика - это, на самом деле, человек, который будет очень сильно страдать. Это человек, который вынужден контролировать, у него нет доверия этому миру, и он очень напряжен.
И это считывается сразу: рядом с таким человеком, хотите вы этого или не хотите - вы начинаете напрягаться. Потому что каждый из нас созидает, творит атмосферу вокруг себя. Минимум в двух метрах вы творите атмосферу.
Кадзуо Исигуро. Не отпускай меня (Never Let Me Go).
Но ведь об этом-то и вела речь мисс Люси: нам «говорят и не говорят».
И ты ждешь, пусть даже и не вполне это понимаешь, ждешь момента, когда тебе станет ясно, что ты действительно отличаешься от них, что там, снаружи, есть люди, которые, как Мадам, не питают к тебе ненависти и не желают тебе зла, но тем не менее содрогаются при самой мысли о тебе — о том, как ты появился в этом мире и зачем, — и боятся случайно дотронуться до твоей руки. Миг, когда ты впервые глядишь на себя глазами такого человека, — это отрезвляющий миг. Это как пройти мимо зеркала, мимо которого ты ходил каждый день, и вдруг увидеть в нем что-то иное, что-то странное и тревожное.
Вы говорите, что не умеете читать мысли,— сказала я.— Но мне кажется, в тот день вы их прочитали. И от этого, наверно, заплакали, когда меня увидели. Потому что, о чем бы эта песня ни была на самом деле, в уме у меня, когда я танцевала, была моя собственная версия. Я представила себе, что это о женщине, которой сказали, что она не может иметь детей. Но потом у неё всё-таки родился ребёнок, и она была очень этому рада, и крепко-крепко прижимала его к груди, потому что боялась, что из-за чего-нибудь они могут разлучиться, и повторяла: «О детка, детка, никогда не отпускай меня». Песня совсем о другом, но я вообразила себе в тот момент именно эту историю. Может быть, вы прочитали мои мысли и поэтому почувствовали такую грусть. <…>
Мадам сказала:
— Это очень интересно. Но мысли я все-таки читала тогда не лучше, чем сейчас. Я плакала по совсем другой причине. Глядя на ваш танец, я видела совершенно иную картину. Я видела стремительно возникающий новый мир. Да, более технологичный, да, более эффективный. Новые способы лечения старых болезней. Очень хорошо. Но мир при этом жёсткий, безжалостный. И я видела девочку с зажмуренными глазами, прижимавшую к груди старый мир, более добрый, о котором она знала в глубине сердца, что он не может остаться, и она держала его, держала и просила не отпускать её. Вот что я видела. Это не были в точности вы, не было в точности то, что вы делали, я это понимала. Но я смотрела на вас, и сердце обливалось кровью. Я навсегда это запомнила.
Марина Таргакова: "Когда вы создаете новое поведение, вам ничего не понятно и вот это чувство уязвимости ум не хочет испытывать. Но уязвимость это чувство ученика. И для того чтобы нам с вами наконец-то стать учениками, нам нужно принять в свою жизнь собственную уязвимость.
Очень важно чтобы рядом с вами появились те люди, с которыми вы способны быть уязвимыми, способны быть не успешными, способными быть не знающими, а просто учиться. И вот это новое поведение творить очень интересно."
Вопрос: Как внешне проявляется ученическое настроение?
Ответ: Физическое тело очень хорошо показывает, если человек находится в маске или закомплексован. Как вы думаете, что первое выдаёт человека, что он неестественен? Напряжение! И это читается во взгляде.
Знаете, есть такое понятие: я могу-я не могу, а есть понятие: я учусь. Именно самое устойчивое положение в этом мире - это положение ученика.
Я могу знать что-то, могу не знать чего-то, и я просто учусь, потому что сегодня то, что я знаю, завтра может быть совершенно другим! И поэтому когда человек учится, это делает его расслабленным. Но только не размазней какой-то, не квашней, а ученик - это всегда внутренняя собранность, внешняя расслабленность.
Потому что у него есть доверие, доверие процессу, потому что он знает: все, что к нему в жизни приходит, ему надо принять, переварить и научиться с этим справляться. Вот это позиция ученика.
А человек, который находится не в позиции ученика - это, на самом деле, человек, который будет очень сильно страдать. Это человек, который вынужден контролировать, у него нет доверия этому миру, и он очень напряжен.
И это считывается сразу: рядом с таким человеком, хотите вы этого или не хотите - вы начинаете напрягаться. Потому что каждый из нас созидает, творит атмосферу вокруг себя. Минимум в двух метрах вы творите атмосферу.
Кадзуо Исигуро. Не отпускай меня (Never Let Me Go).
Но ведь об этом-то и вела речь мисс Люси: нам «говорят и не говорят».
И ты ждешь, пусть даже и не вполне это понимаешь, ждешь момента, когда тебе станет ясно, что ты действительно отличаешься от них, что там, снаружи, есть люди, которые, как Мадам, не питают к тебе ненависти и не желают тебе зла, но тем не менее содрогаются при самой мысли о тебе — о том, как ты появился в этом мире и зачем, — и боятся случайно дотронуться до твоей руки. Миг, когда ты впервые глядишь на себя глазами такого человека, — это отрезвляющий миг. Это как пройти мимо зеркала, мимо которого ты ходил каждый день, и вдруг увидеть в нем что-то иное, что-то странное и тревожное.
Вы говорите, что не умеете читать мысли,— сказала я.— Но мне кажется, в тот день вы их прочитали. И от этого, наверно, заплакали, когда меня увидели. Потому что, о чем бы эта песня ни была на самом деле, в уме у меня, когда я танцевала, была моя собственная версия. Я представила себе, что это о женщине, которой сказали, что она не может иметь детей. Но потом у неё всё-таки родился ребёнок, и она была очень этому рада, и крепко-крепко прижимала его к груди, потому что боялась, что из-за чего-нибудь они могут разлучиться, и повторяла: «О детка, детка, никогда не отпускай меня». Песня совсем о другом, но я вообразила себе в тот момент именно эту историю. Может быть, вы прочитали мои мысли и поэтому почувствовали такую грусть. <…>
Мадам сказала:
— Это очень интересно. Но мысли я все-таки читала тогда не лучше, чем сейчас. Я плакала по совсем другой причине. Глядя на ваш танец, я видела совершенно иную картину. Я видела стремительно возникающий новый мир. Да, более технологичный, да, более эффективный. Новые способы лечения старых болезней. Очень хорошо. Но мир при этом жёсткий, безжалостный. И я видела девочку с зажмуренными глазами, прижимавшую к груди старый мир, более добрый, о котором она знала в глубине сердца, что он не может остаться, и она держала его, держала и просила не отпускать её. Вот что я видела. Это не были в точности вы, не было в точности то, что вы делали, я это понимала. Но я смотрела на вас, и сердце обливалось кровью. Я навсегда это запомнила.