Интересные заметки 4
Андрей Парибок. Пути наследования языками всяких частных слов удивительно причудливы. К примеру, занимаясь когда-то переводом с пали сутры "Агганьня" (Пра-знание). я сообразил, что древнеиндийское название неведомого растения parpaTaka - это наш "папоротник". А характерное для листа папоротника жилкование позволило догадаться. что в одной детали мифического сюжета подразумевалась плацента: ее сеточка кровеносных сосудов напоминает как раз лист папоротника. Сам миф мной был прочитан как отражение раннего внутриутробного опыта (см. идеи Станислава Грофа).
rumata: Нормы не существует. То есть бывают слепки языковой системы для официального употребления. Их отливают в граните, словарях и энциклопедиях. Язык — сложная, постоянно развивающаяся система. Единственно точными в нём являются только два закона, они простые. Деривация и аналогия. Всякое новое образуется двумя путями. Образованием из того, что уже есть, образованием так, как уже есть. Только этими, иначе основная функция — коммуникация — не выполняется. Тебя не поймут.
Варвара Уризченко. Если у тебя небольшой талант, искра Божия - а отмерено каждому - непоровну - твой долг - менять мир к лучшему, нести, как это не избито - гармонию и свет.
Или бороться с мировым злом. Хотя бы за мир, по советски.
Гений, даже отрицая, создаёт миры.
Небольшое дарование, направленное в иную сторону обладает почему-то огромной разрушительной силой.
Но - кто имеет мужество признать в себе не очень большой талант?
propatriamori: Говорят, что жаворонки (Alauda arvensis) когда за ними гонится сокол (Falco columbarius), поют, посылая таким образом преследователю сообщение, что у них есть дополнительные силы на песню, что сил вообще-то хватает и поймать их будет нелегко. Жаворонок отправляет такие сообщения инстинктивно, не задумываясь — ему почти нечем задумываться. Хищник принимает их так же, не задумываясь, и иногда, видимо, он переключается на другие цели — иначе жаворонки бы не пели. И для жаворонка и для сокола эти сообщения жизненно важны. Люди (Homo sapiens) пытаются осмысливать передачу этих сообщений не от них и не к ним, используя свой разум, порождающий объяснения того, что для их собственного выживания большой значимости не имеет. В этом есть что-то, что-то человеческое.
В немецком романе "Берлин, Александерплац" главный герой Франц Биберкопф, гуляя по улице, слышит, как пятеро воробьев обсуждают между собой его поведение и в косвенной форме дают ему советы, причем, они выступают по очереди: первый воробей, потом второй, третий... В романе, видимо, так преподносится медицинский факт – герой понемногу сходит с ума, но любознательный читатель, конечно, сразу вспомнит то место в "Старшей Эдде", где Сигурду, убившему дракона, сойки (в переводе А. Корсуна – синицы) советуют, как ему лучше поступить дальше. В самом деле, у говорящих птиц свои сюжетные задачи, им неважно, люмпен ты или герой-драконоубийца. В романе о берлинской площади немало отсылок к Ветхому Завету, он ими, можно сказать, пропитан, но и к нордическому эпосу тоже есть.
Андрей Парибок. Овладение своим гневом,преодоление гневливости - насущная задача едва ли не всех традиций. Я сильно гневлив по складу. Мне хорошо известен буддийский метод. И тем не менее, самым удачным для меня оказывается метод Гурджиева: не забывать. что почти все люди почти всегда суть автоматы. А злиться на автомат с неудовлетворительной программой - глупо.
Джорджо Агамбен. Мы должны рассматривать лагерь не как исторический факт и аномалию, принадлежащую прошлому (даже если в итоге она может вернуться), но в каком- то смысле как скрытую матрицу, как nomos политического пространства, в котором мы живём. "Средства без цели".
Эрнст Юнгер. Дух языка обитает не в словах и образах — он пронизывает атомы, которые оживляет неведомый ток, собирая их в магнетические фигуры.
Вячеслав Потапов. - Гм, но классическая формула это же Свобода+Мудрость=Любовь.
- Проверяем:
Мудрость = Любовь — Свобода
Свобода = Любовь — Мудрость
Да, всё верно!
Варвара Уризченко. Не выношу в интерьере:
А) Белые стены.
Б) Интерьер в светло-серых тонах (офисный или скандинавский минимализм).
В) Деревенский а ля рюсс с прядками или экологический стиль.
Г) Дворцовый.
Люблю - золотое, коричневое, теплые цвета.
Не классицизм, а, скорее - арт- Деко. Уютный минимализм. Или - сталинский, что внутри, что снаружи. Как соединение дворцового с человеческим. Может сталинский режим был жесток и кровав, но он создал потрясающую среду обитания - соединяющую помпезность, волшебство и уют.
«Ясность – это добыча побежденного». (Nicolás Gómez Dávila, р. 598)
Мой дядя Алекс Воннегут… научил меня очень простой, но действительно важной вещи. Он говорил, что мы почему-то не замечаем, когда случается что-то хорошее. А ведь хорошее стоит того, чтобы на него обратили внимание. Он говорил не о каких-то великих свершениях, а о самых простых, повседневных вещах: когда пьешь лимонад в жаркий полдень в тенечке, или вдруг чувствуешь запах свежего хлеба из булочной, или сидишь ловишь рыбу, и тебя не волнует, поймаешь ты что-нибудь или нет, или слышишь, как где-то соседнем доме кто-то по-настоящему классно играет на пианино. Дядя Алекс втолковывал мне, что в моменты таких прозрений обязательно надо сказать вслух и с чувством: «Как же здорово, правда?»
© Курт Воннегут
vinnitch: В соцсетях, во всех этих клонированных, размноженных фейсбуках созерцаешь бесконечные картинки с изображениями себя, любимых. Сегодня какая-нибудь Беатриче не нуждается в том,чтобы какой-нибудь Данте создавал стихи в честь ее красоты! Что за вздор! Беатриче сегодня постит свои прелести и непосредственно сама наслаждается собою! Зачем ей Данте, какой анахронизм! Ох, не зря, совершенно неспроста незабвенный наш Пабло, так сказать, Пикассо изображал женщин деформированными, словно кастрюля, по которой проехался трактор! Видать, чувствовал он грядущее.
А грядущее было - парад обезумевших от самовлюбленности сирен и валькирий.
Но, конечно, не все такие. Есть те, кто бережет себя и для себя, и для любимых. И для таких восходит солнце.
Антуан де Сент-Экзюпери. "Есть только одна проблема, одна единственная во всём мире. Вернуть людям их духовное значение, их духовные заботы. Дать, как дождю, пролиться над ними чему-то похожему на грегорианские песнопения. Нельзя, понимаете ли, нельзя больше жить холодильниками, политикой, балансами и кроссвордами. Больше нельзя. Нельзя жить без поэзии, без красок, без любви. Стоит услышать крестьянскую песенку 15-го века, чтобы измерить всю глубину нашего упадка".
Николай Ленивцын. Основа русской гомофобии (отличающейся от западных протестантской и католической гомофобий). Русский гомофоб, чаще всего вполне понимает, как это происходит, и даже допускает для себя такой опыт (пусть на словах и односторонний). В русской гомофобии основа - это непонимание того, как из факта сексуальных предпочтений получается субкультура, и почему медийная часть этой субкультуры такая уродливая.
Дмитрий Межуев. Неслучайно мир, из которого ушла любовь, это мир фитнеса, салонов красоты, пластической хирургии и крутой фэшн индустрии. Сугубо для секса должно быть красиво.
wingover: Разговаривали на днях с N (похож один в один на гусара Ваську Денисова из "Войны и мира"), сейчас тьютор в Z-й школе (80 штук в месяц с ученика).
— Знаешь, они абсолютно социализированы, абсолютно знающие, абсолютно мотивированы... и абсолютные подлецы.
Лев Толстой. "Жизнь наша господская так безобразна, что мы не можем радоваться даже рождению наших детей. Рождаются не слуги людям, а враги их, дармоеды".
Андрей Парибок. В диамате (диалектическом мате) диалектика немецкого идеализма, то есть спекуляция, превратилась в отвратную черную мессу мышления из-за того (а началось это с Энгельса, с "Диалектики природы"), что мышление стали тупо связывать с объектами, совершенно забыв о нем как об особого рода деятельности и о том, что оно в античном генезисе есть логос как рассудительное обсуждение.
Диалектика в полускрытом для античности . но самом развитом из античных смыслов - это мышление того, кто умеет вставать на разные позиции, представленные собеседниками, и писать интеллектуальный диалог, то есть это мышление, положим, Платона.
Объекты же у мышления появляются сугубо вторично. Когда следы разных позиций, представленных разными мыслившими людьми, полустерты, получается диалектика как Гегелева история философии. А когда стерты совершенно, вконец, вобраны в одно пространство развертывающихся смыслов. получается "Наука логики" Гегеля.
Нина Ищенко. Катары как кельто-славяне
Соловьёв приводит такую концепцию происхождения катарской ереси, которую я раньше не встречала. Он увязывает это манихейское учение с этнической принадлежностью его носителей. Согласно данным исторической науки того времени, в эпоху Великого переселения народов германцы завоевали всю Европу, дотоле кельтскую и славянскую, образовав иноэтнический господствующий слой.
«Скоро у этого низшего слоя [кельто-славянского] является своя особенная религия – катаризм или альбигойство, возникшая впервые на славянском Востоке под именем богумильства и оттуда распространившаяся по всему кельто-славянскому миру» (Философские начала цельного знания, с. 224).
Насколько это соответствует современным историческим взглядам? Насколько я помню, в эпоху переселения народов всё перемешалось до такой степени, что так определенно этот субстрат не выделяется. Кроме того, у болгар возникло богумильство, но у кельтов вроде бы ничего такого не было. Вдобавок у болгар кроме богумильства было много чего еще, в частности, концепция трансляции империи, то есть болгарское Тырново как Третий Рим задолго до того, как соответствующая концепция появилась в Москве.
В общем, увлекательно, но недоказательно.
Андрей Парибок. Хорошо известно, что в античности письменные тексты создавались в расчете на устное исполнение. Это касалось не только стихотворных произведений, что тривиально, но и прозаических, например, таковы труды Геродота, Фукидида. Таковы прилежно писавшиеся заказные речи Исократа, которые потом клиентом выучивались наизусть. Таковы и все ранние медицинские (Гиппократ), историко-художественные (Ксенофонт) , архитектурные (Витрувий) тексты Прямо сегодня открыл и проверил шесть названных авторов: их сочинения предназначены для слуха, их приятно читать вслух ( чуть уступает прочим Геродот) .Таковы же и философские античные тексты. Однако есть одно примечательное исключение: Аристотеля читать вслух бесполезно и порой неприятно. Не приходится учитывать его диалоги, до нас не дошедшие, так что выходит, что он сочинял письменные тексты в расчете на беззвучное чтение. В этом он уникален (разумеется комментарии философов на философов, например Прокловы, тоже таковы).
klonik_z. Функции мужской фигуры...
а) быть гарантом правил, порядка, в противовес вседозволенности/потаканию/расплывчатым границам
б) способствовать сепарации, постепенно отделяя сыновей от матери, поощряя риск и самостоятельность
в) обсуждать чисто мальчуковые проблемы, которые не обсудишь с мамой, ну не знаю, про мужские страхи, про девочек, про то что вообще такое мужчина и тд.
г) рацио, здравый подход, логика, некоторый цинизм — в противовес эмоциональности (эмоциональность тоже ОК, но ей надо поставить барьер)
Как-то так я представляю.
И часть этих функций может конечно выполнять женщина.
Но все-таки мужское окружение мальчикам очень важно, на мой взгляд. Компания друзей, спортивная секция с тренерами, и пр.
Здоровый человек гармоничен, реагирует адекватно обстоятельствам, а не вечный двигатель с вечной позитивной улыбкой на лице. Он умеет не только превозмогать но и плакать — это совершенно прекрасно.
Я даже наоборот думаю, чем сильнее у мужчины травма, тем меньше он способен проявлять эмоции и показать кому-то слабость. Вот эти мужчины как раз сильные травматики. И они чаще пьют.
Самооценка завязана во многом на внешность, есть установка "сделать из себя красивую картинку". Не получилось идеальной картинки = человек себя обесценивает, погружается в стыд (постоянное переживание стыда это тоже нарциссическая проблематика).
Нет ощущения себя как целостного существа = о теле не заботятся по-настоящему, не принимают свое реальное тело, требуют от него опять же обслуживания своих нарциссических потребностей. Эмоции переживают через тело, не отслеживая этого — поэтому тело начинает рассматриваться как враг, источник опасности, от которого дискомфорт. К этому может присоединиться ипохондрия.
Так что то, что выглядит как зацикленность на теле, это на самом деле отсутствие здорового контакта с телом и своей телесностью.
Идеальное общество было бы могилой величiя человѣка. (Nicolás Gómez Dávila)
loki_0: Просто раньше такие вещи — историк, который пишет детскую фантастику; актёр, ставший президентом; космонавт, трансформировавшийся в художника или законодателя, — были каким-то исключением из правил: повод для утаивания, социально приемлемого обыгрывания или смеха, — да и позволить себе такое мог не каждый.
Сейчас наоборот: человек, занимающийся чем-то одним, да ещё всю жизнь, да ещё на одном месте, при этом не менявший семью и не имеющий "хобби", зачастую не менее значимого и профессионально исполняемого, чем основная работа... Он либо странноватый, либо ему 100 лет, либо он не существует.
А следующий этап — собственно игровой: раз уж мы меняем или сочетаем что угодно, можно — и оправданно — делать это по сценарию.
Андрей Парибок. Беспредпосылочность мышления - замечательное требование к философии, неоднократно выдвигавшееся мыслителями и никогда не осуществлявшееся, о чем стоит пожалеть. Три замечания:
1. Из требования беспредпосылочности очевидно сразу следует. что речь идет не только об УМЕ, но и о ВОЛЕ, ибо воля по своему понятию НАЧИНАЕТ новый причинный ряд. Однако вряд ли это в большинстве случаев понималось. Исключение - Фихте, он понимал.
2. Поскольку известно что у ума два главнейшие функции - не только познание. но и организация поведения, то для последовательности надо стремиться и к беспредпосылочности ДЕЙСТВИЯ. А этого в Европе я не встречал. Подвела европейцев оглядка на теорию в греческом смысле понятия.
3 Такая тройная - ум, воля, действие - беспредпосылочность приписана Шиве (джняна, иччха, крия) в школе пратьябхиджня . Это превосходно. Она же у бодхисаттв высоких ступеней и у будд. В этих примерах она осуществляется. Можно предположить, именно потому, что все три аспекта учтены.
az118: Тут, как и везде, глубокая диалектика песнь песней льда и пламени.
ибо правда не есть истина.
а истина ужасно прекрасна
Андрей Парибок. Идея скульптурной композиции. "Российский либерал смотрит на титанов истории". Огромная фигура Сталина, поверженная им огромная же , лежащая фигура Гитлера с пистолетом у виска и маленькая-премаленькая фигурка российского либерала, горделиво и подбоченясь указывающего на них пальчиком. Мизинчиком.
Александр Силкин. Батай о Прусте: легко прописанная, витиеватая, постоянная сексуальная озабоченность - это Пруст. Но почему она так ясно прописана? Почему бы не оставить её молчаливой, так было бы даже выразительнее, мощнее. А потому что страх. Ясность от страха. Сексуально озабоченная буржуазия, к которой относится Пруст, боялась, что её мир рухнет, и он всё более истончался, рушился. Вот Пруст и пишет так ясно и подробно то, что обычно не пишется так ясно и подробно, старается удержать, создаёт фантазийную копию.
Всю жизнь Вирджиния Вулф крохоборствовала в плане мыслей, писательства. Только и думала, как бы каждую найденную крошку, подмеченную деталь не потерять или приобрести - то ли писать по бумаге, то ли по картону, то ли карандашом, то ли пером, то ли быстро, то ли медленно, но как-то надо писать, чтобы крошки прекрасного опыта, крохи удивления, сыпались из гор словесной руды, которые она гнала. Каждую кроху потом она вставляла в оправу стиля, что совсем не так уж сложно и даже местами интересно, хотя при обилии такой выгонки и при однообразии такой обработки приводит к очевидности тщеты и однообразия этого крохоборства.
Она похожа этим крохоборством и мелочностью на наше время, когда, например, жизнь состоит из наблюдений за кровяным давлением, за сахаром в крови, за лишним весом, за количеством пищи, длиной и продолжительностью пробежек, за мелкими подвижками в работе, в творчестве, и вообще состоит из постоянной калькуляции. В стационарных условиях своей жизни Вирджиния Вулф ценила каждое мелкое возникающее различие, стремилась его зафиксировать, различие между мягкостью круассана вчера и круассана сегодня, стремилась превратить себя все более и более в писательницу, то есть, по ее мнению, в машину для производства и фиксации различий. Но все же умирала от скуки чаще всего (такое впечатление сложилось у меня по ее дневникам и прозе).
Почему в депрессии люди не читают? Во-первых, не могут сосредоточиться по причине того, что слишком интенсивное страдание, монотонное, но очень интенсивное и неуправляемое, отвлекает. Во-вторых, оцепенение, неподвижность раздражают, отвращают - этого и так много в депрессии, а чтение требует неподвижности, замирания наедине с книгой в руке или на подставке, неважно (кроме того, тяжело держать книгу в руке или голову напротив книги). Вообще, неподвижность - это состояние покоя в норме, но в депрессии это состояние пойманности, вынужденное состояние, загнанность в него.
Из разговора со знакомым психиатром: в последний год всё больше депрессии, притом среди детей, а вот шизофрении у детей поменьше стало. Никак не объясняет.
Я объясняю это тем, что шиза - она от одиночества, от потери связей и горизонтов. Это состояние одиноких взрослых. Хотя и они слегли в эту зиму с депрессией с исчезновением социальных контактов (раздражителей, разнообразия). Шиза плюс депрессия - состояние взрослых в Берлине в эту зиму.
А у детей усилилась депрессия, а не шизофрения - потому, что дети находились дома в тесном контакте с родителями.
И находились они в поле власти больше, чем в поле живого соревнования (со сверстниками). И эта власть, подавление, слишком тесный эмоциональный контакт с доминирующей стороной - это и привело к депрессии, а шизофрению уменьшило.
Шизофрении среди детей, конечно, стало поменьше. На домашнем обучении у них сильный контакт с доминирующей референтной группой (семьёй).
Очень чувственный опыт здорового цинизма дал мне амфетамин. Помню, я не только диетологию всякую читал на пути борьбы с лишними килограммами, но я читал уже философские трактаты о воле, грехе и свободе разума. Годами эта вся мутотень длилась до открытия амфетамина, с которым за месяц удалось убрать столько килограммов, сколько хотел (двенадцать на тот момент два года назад), а за следующие полгода сбавить аппетит и воспитать нормальные привычки в еде ровно такие, как хотел. И не надо никаких тренировок воли, трактатов о человеческом разумении, морали, никакого трепетного самомучительства и так далее всё это полетело в пизду вверх тормашками с простейшими капсулами безвреднейшего вещества.
Я помню буквально за пару дней охватившее меня глубокое молчание, то, как угомонилась вся эта философско-гуманистичная годами накопленная срань в голове. Ощущение реальной помощи и уверенности в первый же день, как я понял, что амфетамин подавляет аппетит даже в минимальных терапевтических дозировках. Молчание как на похоронах кого-то нелюбимого, ненавистного. Как стоишь и смотришь в тёмную яму, в могилу - туда уже упало всё говно этих метаний о воле, грехе, слабости и силе, всё это человеческое, слишком человеческое, казавшееся таким своим, таким нужным и выстраданным. А оно было совершенно ненужным.
Помню это обомлевшее молчание и желание плюнуть в эту яму вдогонку всему этому говну. Помню, что мне стало даже лень плюнуть - небрежение и настоящее равнодушие, способность быстро забыть и пройти мимо - высшее проявление здоровья, цинизма. Плюс я буквально перестал бегать-как-угорелый в попытках согнать ненравившиеся килограммы и в борьбе с желанием поесть после пробежек. Открытие амфетамина могу сравнить в моей личной истории разве что с открытием пенициллина в мировой истории.
az118: Уж лет 500 и красные не красные, и белые и не белые...
настоящие-то красные - князья да государи как Владимир Красно Солнышко,
а настоящие белые - хранители преданий и ритуалов.
они-то и были правыми, от которых подлинное добро - верность и надежность...
а левыми были бояре - мятежники и изменники, баламутящие чернь, синих и черных, что и есть зло...
Мой отец до XX съезда очень не любил Сталина, но когда началось разоблачение культа личности, понял что это начало конца не режима, а того, что создавалось предками столетиями - России. Дело тут не сталинизме, а в альтернативах, оставшихся после 17 года.
Выводы на основании медицины - он был врачом-психиатром, а сложный организм устроен иерархически-дифференцировано, государство - организм, но ленинцы-хрущевцы мечтали об отмирании государства и прямом коллективном самоуправлении, хотя на практике всегда получается или олигархия, или охлократия с гибелью государства, что Горбачев после брежневского застоя и показал.
До войны он был мальчиком, на войне 7 лет видел сначала разгром 41-42 гг, потом жизнь Германии 43-44, потом Франции 44-45 и Германии 45-47. а врачом стал в 52-м году.
Цивилизация это городская жизнь, которая без культуры, связывающей предков с возделываемыми по их образу потомками и сословия в единый гармоничный организм на принципах милосердия, служения и красоты, превращает человека сначала в дополнение к технике, а потом в инфантильного потребителя технотронного рая, ибо технотроника - сфера прислуги, хозяева которой покинули сей мир.
гуманизм - главный после жестокости враг человека.
сейчас вот перечитыаю историю бл.востока и Библию понимаю, что ВЗ это не о Боге, а о происхождении и истории еврейского народа, который остро нуждался в могучем защитнике и покровителе, который заведомо сильнее любых богов пр.народов и потому якобы создатель неба и земли. и заветов там много.
а о Боге - НЗ и завет там один, страшный завет из Откровения, ибо нет времени - нет ничего, откуда все вышло и куда вернется - в вечность, где все есть и ничто не существует.
Андрей Парибок. Один из тезисов моего вчерашнего доклада на XLII Зографских чтениях.
Тексты или текстовые корпусы самой нетривиальной организации не вписываются ни в понятия повествовательного типа текстов ( басня, новелла, роман, в том числе обрамленный и рамочный) , ни теоретического (статья, философский трактат). Они по сути - база данных , рассчитанная на запросы и ответы на запросы, как современные базы на электронных носителях. Но классические базы - на человеческих носителях с дополнительным хранением для надежности на внешних (книжных). Примеры: Лунь Юй, палийская Сутта-питака, Коран. Такие базы всего сильнее, сравнительно с другими типами организации текстов. влияют на общество, в котором они авторитетны. Есть еще один пример таких текстов: это юридические кодексы, например, Юстинианов.
А приведенные мною образцовые примеры можно назвать своего рода "онтологическими или мировоззренческими кодексами"
Весьма принципиально, что у них нет и быть не может единой общеобязательной системы интерпретации и применения.
Николай Кузьмин. Эволюция человека в 20-21 вв.: от человека ответственного к человеку контролируемому.
Психотерапия, в общем, и есть практика отделения истинной личности от случайных (главным образом родительских) напластований.
napoli: Это не случайные напластования, это непереработанный в "истинную личность" опыт. Плохой психический метаболизм, иными словами.
Детокс такой психический, несомненно, облегчит дальнейший путь, но если у человека ничего не изменится в тех механизмах, которыми он вбирает в себя жизненный опыт, то новых напластований он себе за несколько лет ещё наберёт.
az118: 60 лет назад была такая книжка астрофизика Шкловского "Вселенная. Жизнь. Разум", очень оптимистичная для того времени, но с тех пор за пределами Земли ни жизни, ни разума так и не нашли, более того, 50 лет назад фактически прекратилась сама космическая, и не только космическая, экспансия человека.
И 50 лет назад Intel выпустила первые микросхему и микропроцессор, развернув цивилизацию с мужского патриархально-экспансивного типа на женский гинеко-гедонистический тип, хотя движение к нему началось еще с падения родового служило-сословного строя и перехода к строю торгово-ремесленному Афин и Карфагена с Вавилоном и войнами за контроль за морскими торговыми путями и рынками сбыта и дешевой раб.силы.
Старение связывают с появлением возрастзависимых заболеваний, неким общим процессом, который приводит к стремительному снижению способности человека противостоять внутренним и внешним факторам. В организме человека постоянно что-то ломается, но для столь сложной системы это нормально. Поэтому перед ней все время встает выбор: выделять ресурсы на выживание (концентрация, быстрота реакции, размножение) или чинить поломки. Резервов на обе функции у организма не хватает.
Red Reptilovich. Женщины в среднем намного больше в слиянии с окружением, исходя из физиологии, в этой части они инфантилнее мужчин даже сейчас.
Джордж Вирек. Семь мятежных духов нанесли человеческому сознанию раны, которые могут оказаться смертельными: Галилей, Лютер, Руссо, Дарвин, Маркс, Фрейд, Эйнштейн. Галилей лишил человека достоинства, Лютер – морального закона, Руссо – дисциплины, Дарвин – божественности. Маркс поставил под угрозу собственность. Фрейд убил любовь. Оставался один мост в бесконечность, один выход – абстрактная наука. Пришел Эйнштейн, и всё стало “относительно”…
«Можно было бы дать анализ современного явления, приобретающего все более патологический характер. Это русофобия некоторых русских людей — кстати, весьма почитаемых.
Раньше они говорили нам, и они действительно так считали, что в России им ненавистно бесправие, отсутствие свободы печати и т.д., и т.п., что потому именно они так нежно любят Европу, что она, бесспорно, обладает всем тем, чего нет в России.
А что мы видим ныне? По мере того, как Россия, добиваясь большей свободы, всё более самоутверждается, нелюбовь к ней этих господ только усиливается. И напротив, мы видим, что никакие нарушения в области правосудия, нравственности и даже цивилизации, которые допускаются в Европе, нисколько не уменьшили пристрастия к ней.
Словом, в явлении, которое я имею в виду, о принципах как таковых не может быть и речи, здесь действуют только инстинкты, и именно в природе этих инстинктов и следовало бы разобраться.»
Фёдор Тютчев (Письмо к дочери Анне от 20 сентября 1867 г. // Литературное наследство. Т. 97. Ф.И. Тютчев. Кн. 1. М., 1988. С. 306).
eft_student. Я не думаю, что вы, глядя на свою картинку в своей голове, можете хорошо разобраться с моей картинкой в моей.
Другие люди, не-ценные (и тут происходит небольшая игра слов),
на хорошую работу в хорошей компании претендовать заведомо не могут,
им, так и быть (хорошо, если) достанется работа "в адских условиях выживания",
они на ней будут перегружены (даже если и не больше,
чем их начальники-с-неясным-сознанием,
то в достаточной степени для того, чтобы жизнь мёдом не казалось,
даже если до полного выгорания дело и не дойдёт)
и это сегодня — нормальное, ожидаемое, общепринятое, самособойразумеющееся ... отношение к людям, не только на работе, но и в обществе; люди делятся на сорта, разным сортам положено разное отношение.
3_14pi. На мой взгяд, гораздо более продуктивным является подход, когда мы ограничиваем не темы дискуссии, а их форму и направленность. Любая тема может быть хороша и уместна, если она: обсуждается с уважением к оппоненту, подаётся не декларативно, корректно обосновывается и имеет своей целью поиск истины или, по крайней мере, оптимальных решений для поставленных задач, а не эскалацию конфронтации и повышение собственной значимости.
grisabella: Затем же, зачем Дрезден и Нюрнберг стерли. Потому что могли. Если б победителей судили, не уйти б им, но победителей не судят, а судят победители. И совершенно верно, гуманизм тогда не был мейнстримом (подозреваю, и сейчас просто трещат больше). В связи с чем понимание промытыми двадцатилетними головами моих дедов, прошедших черед ад, потерявших родных и друзей, что они воюют не с немцами, а с фашистами, для меня сияет каким-то нереальным, непостижимым гуманизмом. Дед говорил, что когда они вошли в Германию, такая жажда мести была, хотелось, чтобы ни одной живой души не осталось. А потом они увидели немцев, испуганных до смерти стариков, детей, женщин, руины эти. И всё, отпустило. Что ж мы, фашисты какие. И Сталин, в 42-м году, если не путаю, вопреки всему вообще, сказавший, что Гитлеры приходят и уходят, а германский народ остается, пока этот народ убивал наш, а светлолицые гуманисты старательно вытряхивали германский дух из германского тела.
kot_kam: Мне тут сказали, что "совершенно безопасная самоирония будет возможна только в ситуации отсутствия иерархии". Я подумал и понял, что, наверно, нет. Наоборот: наиболее безопасной ирония и самоирония будет как раз внутри прочной, надежно выстроенной, устойчивой иерархии. Там, где все уверены в своем положении и никто не испытывает нужды самоутверждаться за счет окружающих. Слабый может быть спокоен: никто не попытается использовать его оплошность, чтобы самоутвердиться за его счет, лишний раз показать, какой же он слабый, глупый и хуже всех. Сильный может быть спокоен: он может показать свою слабость, никто не воспользуется этим, чтобы поколебать его положение, отгрызть кусочек его привилегий.
Андрей Парибок. Квази-робинзонадная установка западной философии оставляла в тени (не знаю, тотально или с некоторыми исключениями) важный аспект понятия материи. Материя -не только имеющийся снаружи, вне деятеля материал, из чего им изготовляется или составлена вещь, как Аристотелева табуретка из дерева - hule, materies (для предельного замыкания представления о способности создать вещь много позже Аристотеля было развито представление о Боге, как создателе и материала тоже). Материальность вещи сказывается в аспекте Mitsein в том, что отдельные существа, живущие в мире, неизбежно вступают в конкуренцию за такие вещи. Употребленная одним существом материальность курицы, земельного участка и пр. лишило такой возможности всех остальных. [ это пусть всем понятно, но не включается почему-то в онтологию ]. Почти всю историю и почти везде даже девицы, которых брали в жены, понимались как материальная ценность. В этом отношении материальность сразу и очевидно оказывается некоторым проклятием, без необходимости прибегать для пояснения ее к искусственным теологическим допущениям типа первородного греха и пр.
Нематериальность стиха, теоремы, да и вообще любого текста, к т.ч. в расширенном метафорическом понимании текстовости (с включением зрительной и музыкальной сред) - напротив, примета избавленного от проклятой материальности способа бытия.
В индийской философии ср. понятия кама-лока и некоторые основополагающие онтологические проблемы, в решении которых разошлись разные школы веданты.
trita: Духовность создаёт одну большую проблему, она разрушительна для индивидуализма, её никак не приспособить к категорическому императиву личности, то есть к идеологическому и психологическому тренду современного человека. В сущности ведь "железный человек" это сублимация гипертрофированного эго — метализация оболочки самости, экстремум страха материальной смерти. Я бы даже сказал, что такие миры это истерическая реакция на будущее, которое несёт упадок индивидуализму, а потому создаёт серьёзный конфликт с настоящим, а конфликт это дрова для печки любого творчества.
tacheleis: Полное разочарование в реальной жизни, точнее в нашем реальном мире.
Создание новых миров - полный уход от реальности. В большинстве современных книг обычно все второстепенные герои очень слабо прописаны, по сути чаще главный герой одиночка, воюющий с монстрами.
Если же и появляются "друзья", то они как правило очень утилитарны, сразу понятно для чего их гг использует или может использовать.
Вывод, современному человеку другие люди особо сильно не нужны, достаточно цифрового общения.
Помню как меня поразил Перекрёсток Д. Михайлова - когда гг находится в инопланетной камере одиночке сначала полностью без внешних связей и как все детально прописано/автор просто наслаждается. Вкусно, что сразу хочется туда.
Суть нашего времени: Основной смысл жизни гг в современной фантастике - выжить, преодолеть себя, вырасти/оказаться на вершине, иногда отомстить.
Ни о какой спокойной "нормальной" жизни даже и мыслей в мечтах нет. Полная концентрация на собственной голове.
Наверное это стадия перехода нашей цивилизации в цифровую. Медленный отказ от всего телесного. На фоне выживания.
old_radist: Для меня спрос на литературное миротворчество говорит о неподъемной сложности сегодняшнего реального мира для живой народной массы.
Вообще, есть - на уровне общественной атмосферы - некоторое подсознательное представление о нормальной, правильной, должной сложности социума. Это можно явно видеть - допустим, на примере криминальных/тюремных сообществ. И тысячи раз описывалось, и так очевидно, что уголовная и тюремная жизнь в социальном смысле упрощены до невыносимости, и все известные хитрые штуки, условно "понятия", "закон" итп и призваны как раз доложить сложности в эту кастрюльку.
Так и здесь. Мир литературно хорошего романа этого жанра, каким бы сложно-фантазийным он ни был представлен, ладно скроен и крепко сшит. И нажимает на самую мякотку - радость читателя от того, что тот понимает, как этот мир устроен. Радость, слишком часто недоступную в мире реальном.
Андрей Парибок. Буддийская традиция включает в себя мощное философское, антропно-инженерное,операторское мышление, но она всегда чуждалась социального мышления и области стратегии. Поэтому, к примеру, Мао на раз-два обыграл тибетцев. И поэтому же отечественные буддисты обычно демонстрируют смесь прекраснодушия и эскапизма. Я бы им прописал основательные курсы по истории военного дела и по политической философии. Пусть классиков читают: Сунь цзы, Клаузевица. Лиддел как его, Макьявелли, Гоббса. Шмитта....
Наивность плохо кончается.
М. Ермолаев. Лишенный любви абсолютизирует недостатки других; исполненный любви восхваляет достоинства других, а недостатки воспринимает как повод вообразить то положительное, что может получиться после их исправления.
Эрнст Юнгер. Задача автора в той мере, в какой она имеет смысл для других, состоит в создании духовной родины, духовной среды обитания. Это может быть скромная ниша с каким-то изображением, скамейка у ворот, сельский домик, дворец, но может быть и лесной простор, и горные цепи или космическое пространство. Поэзия овладевает миром гораздо более глубоко, и власть ее долговечнее всякой науки, всякой политики. Она и по сей день вводит нас в стены Трои, во дворец Агамемнона. Подобно тому, как от героя зависит безопасность места, в котором обосновался человек, его пригодность для проживания, так от поэта зависит придать ему узнаваемость, чтобы люди его запомнили: чтобы оно стало для них родным. Поэты дарят нам большое жилье, большой кров. Поэтому там, где поэтов нет, тотчас же наступает царство ужасного запустения. Эти селения еще пригодны для обитания, однако они становятся неприютными, неосмысленными, внутренне неопознанными.
rumata: Нормы не существует. То есть бывают слепки языковой системы для официального употребления. Их отливают в граните, словарях и энциклопедиях. Язык — сложная, постоянно развивающаяся система. Единственно точными в нём являются только два закона, они простые. Деривация и аналогия. Всякое новое образуется двумя путями. Образованием из того, что уже есть, образованием так, как уже есть. Только этими, иначе основная функция — коммуникация — не выполняется. Тебя не поймут. Варвара Уризченко. Если у тебя небольшой талант, искра Божия - а отмерено каждому - непоровну - твой долг - менять мир к лучшему, нести, как это не избито - гармонию и свет.
Или бороться с мировым злом. Хотя бы за мир, по советски.
Гений, даже отрицая, создаёт миры.
Небольшое дарование, направленное в иную сторону обладает почему-то огромной разрушительной силой.
Но - кто имеет мужество признать в себе не очень большой талант?
propatriamori: Говорят, что жаворонки (Alauda arvensis) когда за ними гонится сокол (Falco columbarius), поют, посылая таким образом преследователю сообщение, что у них есть дополнительные силы на песню, что сил вообще-то хватает и поймать их будет нелегко. Жаворонок отправляет такие сообщения инстинктивно, не задумываясь — ему почти нечем задумываться. Хищник принимает их так же, не задумываясь, и иногда, видимо, он переключается на другие цели — иначе жаворонки бы не пели. И для жаворонка и для сокола эти сообщения жизненно важны. Люди (Homo sapiens) пытаются осмысливать передачу этих сообщений не от них и не к ним, используя свой разум, порождающий объяснения того, что для их собственного выживания большой значимости не имеет. В этом есть что-то, что-то человеческое.В немецком романе "Берлин, Александерплац" главный герой Франц Биберкопф, гуляя по улице, слышит, как пятеро воробьев обсуждают между собой его поведение и в косвенной форме дают ему советы, причем, они выступают по очереди: первый воробей, потом второй, третий... В романе, видимо, так преподносится медицинский факт – герой понемногу сходит с ума, но любознательный читатель, конечно, сразу вспомнит то место в "Старшей Эдде", где Сигурду, убившему дракона, сойки (в переводе А. Корсуна – синицы) советуют, как ему лучше поступить дальше. В самом деле, у говорящих птиц свои сюжетные задачи, им неважно, люмпен ты или герой-драконоубийца. В романе о берлинской площади немало отсылок к Ветхому Завету, он ими, можно сказать, пропитан, но и к нордическому эпосу тоже есть.
Андрей Парибок. Овладение своим гневом,преодоление гневливости - насущная задача едва ли не всех традиций. Я сильно гневлив по складу. Мне хорошо известен буддийский метод. И тем не менее, самым удачным для меня оказывается метод Гурджиева: не забывать. что почти все люди почти всегда суть автоматы. А злиться на автомат с неудовлетворительной программой - глупо.
Джорджо Агамбен. Мы должны рассматривать лагерь не как исторический факт и аномалию, принадлежащую прошлому (даже если в итоге она может вернуться), но в каком- то смысле как скрытую матрицу, как nomos политического пространства, в котором мы живём. "Средства без цели".
Эрнст Юнгер. Дух языка обитает не в словах и образах — он пронизывает атомы, которые оживляет неведомый ток, собирая их в магнетические фигуры.
Вячеслав Потапов. - Гм, но классическая формула это же Свобода+Мудрость=Любовь.
- Проверяем:
Мудрость = Любовь — Свобода
Свобода = Любовь — Мудрость
Да, всё верно!
Варвара Уризченко. Не выношу в интерьере:
А) Белые стены.
Б) Интерьер в светло-серых тонах (офисный или скандинавский минимализм).
В) Деревенский а ля рюсс с прядками или экологический стиль.
Г) Дворцовый.
Люблю - золотое, коричневое, теплые цвета.
Не классицизм, а, скорее - арт- Деко. Уютный минимализм. Или - сталинский, что внутри, что снаружи. Как соединение дворцового с человеческим. Может сталинский режим был жесток и кровав, но он создал потрясающую среду обитания - соединяющую помпезность, волшебство и уют.
«Ясность – это добыча побежденного». (Nicolás Gómez Dávila, р. 598)
Мой дядя Алекс Воннегут… научил меня очень простой, но действительно важной вещи. Он говорил, что мы почему-то не замечаем, когда случается что-то хорошее. А ведь хорошее стоит того, чтобы на него обратили внимание. Он говорил не о каких-то великих свершениях, а о самых простых, повседневных вещах: когда пьешь лимонад в жаркий полдень в тенечке, или вдруг чувствуешь запах свежего хлеба из булочной, или сидишь ловишь рыбу, и тебя не волнует, поймаешь ты что-нибудь или нет, или слышишь, как где-то соседнем доме кто-то по-настоящему классно играет на пианино. Дядя Алекс втолковывал мне, что в моменты таких прозрений обязательно надо сказать вслух и с чувством: «Как же здорово, правда?»
© Курт Воннегут
vinnitch: В соцсетях, во всех этих клонированных, размноженных фейсбуках созерцаешь бесконечные картинки с изображениями себя, любимых. Сегодня какая-нибудь Беатриче не нуждается в том,чтобы какой-нибудь Данте создавал стихи в честь ее красоты! Что за вздор! Беатриче сегодня постит свои прелести и непосредственно сама наслаждается собою! Зачем ей Данте, какой анахронизм! Ох, не зря, совершенно неспроста незабвенный наш Пабло, так сказать, Пикассо изображал женщин деформированными, словно кастрюля, по которой проехался трактор! Видать, чувствовал он грядущее.А грядущее было - парад обезумевших от самовлюбленности сирен и валькирий.
Но, конечно, не все такие. Есть те, кто бережет себя и для себя, и для любимых. И для таких восходит солнце.
Антуан де Сент-Экзюпери. "Есть только одна проблема, одна единственная во всём мире. Вернуть людям их духовное значение, их духовные заботы. Дать, как дождю, пролиться над ними чему-то похожему на грегорианские песнопения. Нельзя, понимаете ли, нельзя больше жить холодильниками, политикой, балансами и кроссвордами. Больше нельзя. Нельзя жить без поэзии, без красок, без любви. Стоит услышать крестьянскую песенку 15-го века, чтобы измерить всю глубину нашего упадка".
Николай Ленивцын. Основа русской гомофобии (отличающейся от западных протестантской и католической гомофобий). Русский гомофоб, чаще всего вполне понимает, как это происходит, и даже допускает для себя такой опыт (пусть на словах и односторонний). В русской гомофобии основа - это непонимание того, как из факта сексуальных предпочтений получается субкультура, и почему медийная часть этой субкультуры такая уродливая.
Дмитрий Межуев. Неслучайно мир, из которого ушла любовь, это мир фитнеса, салонов красоты, пластической хирургии и крутой фэшн индустрии. Сугубо для секса должно быть красиво.
wingover: Разговаривали на днях с N (похож один в один на гусара Ваську Денисова из "Войны и мира"), сейчас тьютор в Z-й школе (80 штук в месяц с ученика).— Знаешь, они абсолютно социализированы, абсолютно знающие, абсолютно мотивированы... и абсолютные подлецы.
Лев Толстой. "Жизнь наша господская так безобразна, что мы не можем радоваться даже рождению наших детей. Рождаются не слуги людям, а враги их, дармоеды".
Андрей Парибок. В диамате (диалектическом мате) диалектика немецкого идеализма, то есть спекуляция, превратилась в отвратную черную мессу мышления из-за того (а началось это с Энгельса, с "Диалектики природы"), что мышление стали тупо связывать с объектами, совершенно забыв о нем как об особого рода деятельности и о том, что оно в античном генезисе есть логос как рассудительное обсуждение.
Диалектика в полускрытом для античности . но самом развитом из античных смыслов - это мышление того, кто умеет вставать на разные позиции, представленные собеседниками, и писать интеллектуальный диалог, то есть это мышление, положим, Платона.
Объекты же у мышления появляются сугубо вторично. Когда следы разных позиций, представленных разными мыслившими людьми, полустерты, получается диалектика как Гегелева история философии. А когда стерты совершенно, вконец, вобраны в одно пространство развертывающихся смыслов. получается "Наука логики" Гегеля.
Нина Ищенко. Катары как кельто-славяне
Соловьёв приводит такую концепцию происхождения катарской ереси, которую я раньше не встречала. Он увязывает это манихейское учение с этнической принадлежностью его носителей. Согласно данным исторической науки того времени, в эпоху Великого переселения народов германцы завоевали всю Европу, дотоле кельтскую и славянскую, образовав иноэтнический господствующий слой.
«Скоро у этого низшего слоя [кельто-славянского] является своя особенная религия – катаризм или альбигойство, возникшая впервые на славянском Востоке под именем богумильства и оттуда распространившаяся по всему кельто-славянскому миру» (Философские начала цельного знания, с. 224).
Насколько это соответствует современным историческим взглядам? Насколько я помню, в эпоху переселения народов всё перемешалось до такой степени, что так определенно этот субстрат не выделяется. Кроме того, у болгар возникло богумильство, но у кельтов вроде бы ничего такого не было. Вдобавок у болгар кроме богумильства было много чего еще, в частности, концепция трансляции империи, то есть болгарское Тырново как Третий Рим задолго до того, как соответствующая концепция появилась в Москве.
В общем, увлекательно, но недоказательно.
Андрей Парибок. Хорошо известно, что в античности письменные тексты создавались в расчете на устное исполнение. Это касалось не только стихотворных произведений, что тривиально, но и прозаических, например, таковы труды Геродота, Фукидида. Таковы прилежно писавшиеся заказные речи Исократа, которые потом клиентом выучивались наизусть. Таковы и все ранние медицинские (Гиппократ), историко-художественные (Ксенофонт) , архитектурные (Витрувий) тексты Прямо сегодня открыл и проверил шесть названных авторов: их сочинения предназначены для слуха, их приятно читать вслух ( чуть уступает прочим Геродот) .Таковы же и философские античные тексты. Однако есть одно примечательное исключение: Аристотеля читать вслух бесполезно и порой неприятно. Не приходится учитывать его диалоги, до нас не дошедшие, так что выходит, что он сочинял письменные тексты в расчете на беззвучное чтение. В этом он уникален (разумеется комментарии философов на философов, например Прокловы, тоже таковы).
klonik_z. Функции мужской фигуры...
а) быть гарантом правил, порядка, в противовес вседозволенности/потаканию/расплывчатым границам
б) способствовать сепарации, постепенно отделяя сыновей от матери, поощряя риск и самостоятельность
в) обсуждать чисто мальчуковые проблемы, которые не обсудишь с мамой, ну не знаю, про мужские страхи, про девочек, про то что вообще такое мужчина и тд.
г) рацио, здравый подход, логика, некоторый цинизм — в противовес эмоциональности (эмоциональность тоже ОК, но ей надо поставить барьер)
Как-то так я представляю.
И часть этих функций может конечно выполнять женщина.
Но все-таки мужское окружение мальчикам очень важно, на мой взгляд. Компания друзей, спортивная секция с тренерами, и пр.
Здоровый человек гармоничен, реагирует адекватно обстоятельствам, а не вечный двигатель с вечной позитивной улыбкой на лице. Он умеет не только превозмогать но и плакать — это совершенно прекрасно.
Я даже наоборот думаю, чем сильнее у мужчины травма, тем меньше он способен проявлять эмоции и показать кому-то слабость. Вот эти мужчины как раз сильные травматики. И они чаще пьют.
Самооценка завязана во многом на внешность, есть установка "сделать из себя красивую картинку". Не получилось идеальной картинки = человек себя обесценивает, погружается в стыд (постоянное переживание стыда это тоже нарциссическая проблематика).
Нет ощущения себя как целостного существа = о теле не заботятся по-настоящему, не принимают свое реальное тело, требуют от него опять же обслуживания своих нарциссических потребностей. Эмоции переживают через тело, не отслеживая этого — поэтому тело начинает рассматриваться как враг, источник опасности, от которого дискомфорт. К этому может присоединиться ипохондрия.
Так что то, что выглядит как зацикленность на теле, это на самом деле отсутствие здорового контакта с телом и своей телесностью.
Идеальное общество было бы могилой величiя человѣка. (Nicolás Gómez Dávila)
loki_0: Просто раньше такие вещи — историк, который пишет детскую фантастику; актёр, ставший президентом; космонавт, трансформировавшийся в художника или законодателя, — были каким-то исключением из правил: повод для утаивания, социально приемлемого обыгрывания или смеха, — да и позволить себе такое мог не каждый.Сейчас наоборот: человек, занимающийся чем-то одним, да ещё всю жизнь, да ещё на одном месте, при этом не менявший семью и не имеющий "хобби", зачастую не менее значимого и профессионально исполняемого, чем основная работа... Он либо странноватый, либо ему 100 лет, либо он не существует.
А следующий этап — собственно игровой: раз уж мы меняем или сочетаем что угодно, можно — и оправданно — делать это по сценарию.
Андрей Парибок. Беспредпосылочность мышления - замечательное требование к философии, неоднократно выдвигавшееся мыслителями и никогда не осуществлявшееся, о чем стоит пожалеть. Три замечания:
1. Из требования беспредпосылочности очевидно сразу следует. что речь идет не только об УМЕ, но и о ВОЛЕ, ибо воля по своему понятию НАЧИНАЕТ новый причинный ряд. Однако вряд ли это в большинстве случаев понималось. Исключение - Фихте, он понимал.
2. Поскольку известно что у ума два главнейшие функции - не только познание. но и организация поведения, то для последовательности надо стремиться и к беспредпосылочности ДЕЙСТВИЯ. А этого в Европе я не встречал. Подвела европейцев оглядка на теорию в греческом смысле понятия.
3 Такая тройная - ум, воля, действие - беспредпосылочность приписана Шиве (джняна, иччха, крия) в школе пратьябхиджня . Это превосходно. Она же у бодхисаттв высоких ступеней и у будд. В этих примерах она осуществляется. Можно предположить, именно потому, что все три аспекта учтены.
az118: Тут, как и везде, глубокая диалектика песнь песней льда и пламени.ибо правда не есть истина.
а истина ужасно прекрасна
Андрей Парибок. Идея скульптурной композиции. "Российский либерал смотрит на титанов истории". Огромная фигура Сталина, поверженная им огромная же , лежащая фигура Гитлера с пистолетом у виска и маленькая-премаленькая фигурка российского либерала, горделиво и подбоченясь указывающего на них пальчиком. Мизинчиком.
Александр Силкин. Батай о Прусте: легко прописанная, витиеватая, постоянная сексуальная озабоченность - это Пруст. Но почему она так ясно прописана? Почему бы не оставить её молчаливой, так было бы даже выразительнее, мощнее. А потому что страх. Ясность от страха. Сексуально озабоченная буржуазия, к которой относится Пруст, боялась, что её мир рухнет, и он всё более истончался, рушился. Вот Пруст и пишет так ясно и подробно то, что обычно не пишется так ясно и подробно, старается удержать, создаёт фантазийную копию.
Всю жизнь Вирджиния Вулф крохоборствовала в плане мыслей, писательства. Только и думала, как бы каждую найденную крошку, подмеченную деталь не потерять или приобрести - то ли писать по бумаге, то ли по картону, то ли карандашом, то ли пером, то ли быстро, то ли медленно, но как-то надо писать, чтобы крошки прекрасного опыта, крохи удивления, сыпались из гор словесной руды, которые она гнала. Каждую кроху потом она вставляла в оправу стиля, что совсем не так уж сложно и даже местами интересно, хотя при обилии такой выгонки и при однообразии такой обработки приводит к очевидности тщеты и однообразия этого крохоборства.
Она похожа этим крохоборством и мелочностью на наше время, когда, например, жизнь состоит из наблюдений за кровяным давлением, за сахаром в крови, за лишним весом, за количеством пищи, длиной и продолжительностью пробежек, за мелкими подвижками в работе, в творчестве, и вообще состоит из постоянной калькуляции. В стационарных условиях своей жизни Вирджиния Вулф ценила каждое мелкое возникающее различие, стремилась его зафиксировать, различие между мягкостью круассана вчера и круассана сегодня, стремилась превратить себя все более и более в писательницу, то есть, по ее мнению, в машину для производства и фиксации различий. Но все же умирала от скуки чаще всего (такое впечатление сложилось у меня по ее дневникам и прозе).
Почему в депрессии люди не читают? Во-первых, не могут сосредоточиться по причине того, что слишком интенсивное страдание, монотонное, но очень интенсивное и неуправляемое, отвлекает. Во-вторых, оцепенение, неподвижность раздражают, отвращают - этого и так много в депрессии, а чтение требует неподвижности, замирания наедине с книгой в руке или на подставке, неважно (кроме того, тяжело держать книгу в руке или голову напротив книги). Вообще, неподвижность - это состояние покоя в норме, но в депрессии это состояние пойманности, вынужденное состояние, загнанность в него.
Из разговора со знакомым психиатром: в последний год всё больше депрессии, притом среди детей, а вот шизофрении у детей поменьше стало. Никак не объясняет.
Я объясняю это тем, что шиза - она от одиночества, от потери связей и горизонтов. Это состояние одиноких взрослых. Хотя и они слегли в эту зиму с депрессией с исчезновением социальных контактов (раздражителей, разнообразия). Шиза плюс депрессия - состояние взрослых в Берлине в эту зиму.
А у детей усилилась депрессия, а не шизофрения - потому, что дети находились дома в тесном контакте с родителями.
И находились они в поле власти больше, чем в поле живого соревнования (со сверстниками). И эта власть, подавление, слишком тесный эмоциональный контакт с доминирующей стороной - это и привело к депрессии, а шизофрению уменьшило.
Шизофрении среди детей, конечно, стало поменьше. На домашнем обучении у них сильный контакт с доминирующей референтной группой (семьёй).
Очень чувственный опыт здорового цинизма дал мне амфетамин. Помню, я не только диетологию всякую читал на пути борьбы с лишними килограммами, но я читал уже философские трактаты о воле, грехе и свободе разума. Годами эта вся мутотень длилась до открытия амфетамина, с которым за месяц удалось убрать столько килограммов, сколько хотел (двенадцать на тот момент два года назад), а за следующие полгода сбавить аппетит и воспитать нормальные привычки в еде ровно такие, как хотел. И не надо никаких тренировок воли, трактатов о человеческом разумении, морали, никакого трепетного самомучительства и так далее всё это полетело в пизду вверх тормашками с простейшими капсулами безвреднейшего вещества.
Я помню буквально за пару дней охватившее меня глубокое молчание, то, как угомонилась вся эта философско-гуманистичная годами накопленная срань в голове. Ощущение реальной помощи и уверенности в первый же день, как я понял, что амфетамин подавляет аппетит даже в минимальных терапевтических дозировках. Молчание как на похоронах кого-то нелюбимого, ненавистного. Как стоишь и смотришь в тёмную яму, в могилу - туда уже упало всё говно этих метаний о воле, грехе, слабости и силе, всё это человеческое, слишком человеческое, казавшееся таким своим, таким нужным и выстраданным. А оно было совершенно ненужным.
Помню это обомлевшее молчание и желание плюнуть в эту яму вдогонку всему этому говну. Помню, что мне стало даже лень плюнуть - небрежение и настоящее равнодушие, способность быстро забыть и пройти мимо - высшее проявление здоровья, цинизма. Плюс я буквально перестал бегать-как-угорелый в попытках согнать ненравившиеся килограммы и в борьбе с желанием поесть после пробежек. Открытие амфетамина могу сравнить в моей личной истории разве что с открытием пенициллина в мировой истории.
az118: Уж лет 500 и красные не красные, и белые и не белые...настоящие-то красные - князья да государи как Владимир Красно Солнышко,
а настоящие белые - хранители преданий и ритуалов.
они-то и были правыми, от которых подлинное добро - верность и надежность...
а левыми были бояре - мятежники и изменники, баламутящие чернь, синих и черных, что и есть зло...
Мой отец до XX съезда очень не любил Сталина, но когда началось разоблачение культа личности, понял что это начало конца не режима, а того, что создавалось предками столетиями - России. Дело тут не сталинизме, а в альтернативах, оставшихся после 17 года.
Выводы на основании медицины - он был врачом-психиатром, а сложный организм устроен иерархически-дифференцировано, государство - организм, но ленинцы-хрущевцы мечтали об отмирании государства и прямом коллективном самоуправлении, хотя на практике всегда получается или олигархия, или охлократия с гибелью государства, что Горбачев после брежневского застоя и показал.
До войны он был мальчиком, на войне 7 лет видел сначала разгром 41-42 гг, потом жизнь Германии 43-44, потом Франции 44-45 и Германии 45-47. а врачом стал в 52-м году.
Цивилизация это городская жизнь, которая без культуры, связывающей предков с возделываемыми по их образу потомками и сословия в единый гармоничный организм на принципах милосердия, служения и красоты, превращает человека сначала в дополнение к технике, а потом в инфантильного потребителя технотронного рая, ибо технотроника - сфера прислуги, хозяева которой покинули сей мир.
гуманизм - главный после жестокости враг человека.
сейчас вот перечитыаю историю бл.востока и Библию понимаю, что ВЗ это не о Боге, а о происхождении и истории еврейского народа, который остро нуждался в могучем защитнике и покровителе, который заведомо сильнее любых богов пр.народов и потому якобы создатель неба и земли. и заветов там много.
а о Боге - НЗ и завет там один, страшный завет из Откровения, ибо нет времени - нет ничего, откуда все вышло и куда вернется - в вечность, где все есть и ничто не существует.
Андрей Парибок. Один из тезисов моего вчерашнего доклада на XLII Зографских чтениях.
Тексты или текстовые корпусы самой нетривиальной организации не вписываются ни в понятия повествовательного типа текстов ( басня, новелла, роман, в том числе обрамленный и рамочный) , ни теоретического (статья, философский трактат). Они по сути - база данных , рассчитанная на запросы и ответы на запросы, как современные базы на электронных носителях. Но классические базы - на человеческих носителях с дополнительным хранением для надежности на внешних (книжных). Примеры: Лунь Юй, палийская Сутта-питака, Коран. Такие базы всего сильнее, сравнительно с другими типами организации текстов. влияют на общество, в котором они авторитетны. Есть еще один пример таких текстов: это юридические кодексы, например, Юстинианов.
А приведенные мною образцовые примеры можно назвать своего рода "онтологическими или мировоззренческими кодексами"
Весьма принципиально, что у них нет и быть не может единой общеобязательной системы интерпретации и применения.
Николай Кузьмин. Эволюция человека в 20-21 вв.: от человека ответственного к человеку контролируемому.
Психотерапия, в общем, и есть практика отделения истинной личности от случайных (главным образом родительских) напластований.
napoli: Это не случайные напластования, это непереработанный в "истинную личность" опыт. Плохой психический метаболизм, иными словами.Детокс такой психический, несомненно, облегчит дальнейший путь, но если у человека ничего не изменится в тех механизмах, которыми он вбирает в себя жизненный опыт, то новых напластований он себе за несколько лет ещё наберёт.
az118: 60 лет назад была такая книжка астрофизика Шкловского "Вселенная. Жизнь. Разум", очень оптимистичная для того времени, но с тех пор за пределами Земли ни жизни, ни разума так и не нашли, более того, 50 лет назад фактически прекратилась сама космическая, и не только космическая, экспансия человека.И 50 лет назад Intel выпустила первые микросхему и микропроцессор, развернув цивилизацию с мужского патриархально-экспансивного типа на женский гинеко-гедонистический тип, хотя движение к нему началось еще с падения родового служило-сословного строя и перехода к строю торгово-ремесленному Афин и Карфагена с Вавилоном и войнами за контроль за морскими торговыми путями и рынками сбыта и дешевой раб.силы.
Старение связывают с появлением возрастзависимых заболеваний, неким общим процессом, который приводит к стремительному снижению способности человека противостоять внутренним и внешним факторам. В организме человека постоянно что-то ломается, но для столь сложной системы это нормально. Поэтому перед ней все время встает выбор: выделять ресурсы на выживание (концентрация, быстрота реакции, размножение) или чинить поломки. Резервов на обе функции у организма не хватает.
Red Reptilovich. Женщины в среднем намного больше в слиянии с окружением, исходя из физиологии, в этой части они инфантилнее мужчин даже сейчас.
Джордж Вирек. Семь мятежных духов нанесли человеческому сознанию раны, которые могут оказаться смертельными: Галилей, Лютер, Руссо, Дарвин, Маркс, Фрейд, Эйнштейн. Галилей лишил человека достоинства, Лютер – морального закона, Руссо – дисциплины, Дарвин – божественности. Маркс поставил под угрозу собственность. Фрейд убил любовь. Оставался один мост в бесконечность, один выход – абстрактная наука. Пришел Эйнштейн, и всё стало “относительно”…
«Можно было бы дать анализ современного явления, приобретающего все более патологический характер. Это русофобия некоторых русских людей — кстати, весьма почитаемых.
Раньше они говорили нам, и они действительно так считали, что в России им ненавистно бесправие, отсутствие свободы печати и т.д., и т.п., что потому именно они так нежно любят Европу, что она, бесспорно, обладает всем тем, чего нет в России.
А что мы видим ныне? По мере того, как Россия, добиваясь большей свободы, всё более самоутверждается, нелюбовь к ней этих господ только усиливается. И напротив, мы видим, что никакие нарушения в области правосудия, нравственности и даже цивилизации, которые допускаются в Европе, нисколько не уменьшили пристрастия к ней.
Словом, в явлении, которое я имею в виду, о принципах как таковых не может быть и речи, здесь действуют только инстинкты, и именно в природе этих инстинктов и следовало бы разобраться.»
Фёдор Тютчев (Письмо к дочери Анне от 20 сентября 1867 г. // Литературное наследство. Т. 97. Ф.И. Тютчев. Кн. 1. М., 1988. С. 306).
eft_student. Я не думаю, что вы, глядя на свою картинку в своей голове, можете хорошо разобраться с моей картинкой в моей.
Другие люди, не-ценные (и тут происходит небольшая игра слов),
на хорошую работу в хорошей компании претендовать заведомо не могут,
им, так и быть (хорошо, если) достанется работа "в адских условиях выживания",
они на ней будут перегружены (даже если и не больше,
чем их начальники-с-неясным-сознанием,
то в достаточной степени для того, чтобы жизнь мёдом не казалось,
даже если до полного выгорания дело и не дойдёт)
и это сегодня — нормальное, ожидаемое, общепринятое, самособойразумеющееся ... отношение к людям, не только на работе, но и в обществе; люди делятся на сорта, разным сортам положено разное отношение.
3_14pi. На мой взгяд, гораздо более продуктивным является подход, когда мы ограничиваем не темы дискуссии, а их форму и направленность. Любая тема может быть хороша и уместна, если она: обсуждается с уважением к оппоненту, подаётся не декларативно, корректно обосновывается и имеет своей целью поиск истины или, по крайней мере, оптимальных решений для поставленных задач, а не эскалацию конфронтации и повышение собственной значимости.
grisabella: Затем же, зачем Дрезден и Нюрнберг стерли. Потому что могли. Если б победителей судили, не уйти б им, но победителей не судят, а судят победители. И совершенно верно, гуманизм тогда не был мейнстримом (подозреваю, и сейчас просто трещат больше). В связи с чем понимание промытыми двадцатилетними головами моих дедов, прошедших черед ад, потерявших родных и друзей, что они воюют не с немцами, а с фашистами, для меня сияет каким-то нереальным, непостижимым гуманизмом. Дед говорил, что когда они вошли в Германию, такая жажда мести была, хотелось, чтобы ни одной живой души не осталось. А потом они увидели немцев, испуганных до смерти стариков, детей, женщин, руины эти. И всё, отпустило. Что ж мы, фашисты какие. И Сталин, в 42-м году, если не путаю, вопреки всему вообще, сказавший, что Гитлеры приходят и уходят, а германский народ остается, пока этот народ убивал наш, а светлолицые гуманисты старательно вытряхивали германский дух из германского тела.kot_kam: Мне тут сказали, что "совершенно безопасная самоирония будет возможна только в ситуации отсутствия иерархии". Я подумал и понял, что, наверно, нет. Наоборот: наиболее безопасной ирония и самоирония будет как раз внутри прочной, надежно выстроенной, устойчивой иерархии. Там, где все уверены в своем положении и никто не испытывает нужды самоутверждаться за счет окружающих. Слабый может быть спокоен: никто не попытается использовать его оплошность, чтобы самоутвердиться за его счет, лишний раз показать, какой же он слабый, глупый и хуже всех. Сильный может быть спокоен: он может показать свою слабость, никто не воспользуется этим, чтобы поколебать его положение, отгрызть кусочек его привилегий.Андрей Парибок. Квази-робинзонадная установка западной философии оставляла в тени (не знаю, тотально или с некоторыми исключениями) важный аспект понятия материи. Материя -не только имеющийся снаружи, вне деятеля материал, из чего им изготовляется или составлена вещь, как Аристотелева табуретка из дерева - hule, materies (для предельного замыкания представления о способности создать вещь много позже Аристотеля было развито представление о Боге, как создателе и материала тоже). Материальность вещи сказывается в аспекте Mitsein в том, что отдельные существа, живущие в мире, неизбежно вступают в конкуренцию за такие вещи. Употребленная одним существом материальность курицы, земельного участка и пр. лишило такой возможности всех остальных. [ это пусть всем понятно, но не включается почему-то в онтологию ]. Почти всю историю и почти везде даже девицы, которых брали в жены, понимались как материальная ценность. В этом отношении материальность сразу и очевидно оказывается некоторым проклятием, без необходимости прибегать для пояснения ее к искусственным теологическим допущениям типа первородного греха и пр.
Нематериальность стиха, теоремы, да и вообще любого текста, к т.ч. в расширенном метафорическом понимании текстовости (с включением зрительной и музыкальной сред) - напротив, примета избавленного от проклятой материальности способа бытия.
В индийской философии ср. понятия кама-лока и некоторые основополагающие онтологические проблемы, в решении которых разошлись разные школы веданты.
trita: Духовность создаёт одну большую проблему, она разрушительна для индивидуализма, её никак не приспособить к категорическому императиву личности, то есть к идеологическому и психологическому тренду современного человека. В сущности ведь "железный человек" это сублимация гипертрофированного эго — метализация оболочки самости, экстремум страха материальной смерти. Я бы даже сказал, что такие миры это истерическая реакция на будущее, которое несёт упадок индивидуализму, а потому создаёт серьёзный конфликт с настоящим, а конфликт это дрова для печки любого творчества.tacheleis: Полное разочарование в реальной жизни, точнее в нашем реальном мире.Создание новых миров - полный уход от реальности. В большинстве современных книг обычно все второстепенные герои очень слабо прописаны, по сути чаще главный герой одиночка, воюющий с монстрами.
Если же и появляются "друзья", то они как правило очень утилитарны, сразу понятно для чего их гг использует или может использовать.
Вывод, современному человеку другие люди особо сильно не нужны, достаточно цифрового общения.
Помню как меня поразил Перекрёсток Д. Михайлова - когда гг находится в инопланетной камере одиночке сначала полностью без внешних связей и как все детально прописано/автор просто наслаждается. Вкусно, что сразу хочется туда.
Суть нашего времени: Основной смысл жизни гг в современной фантастике - выжить, преодолеть себя, вырасти/оказаться на вершине, иногда отомстить.
Ни о какой спокойной "нормальной" жизни даже и мыслей в мечтах нет. Полная концентрация на собственной голове.
Наверное это стадия перехода нашей цивилизации в цифровую. Медленный отказ от всего телесного. На фоне выживания.
old_radist: Для меня спрос на литературное миротворчество говорит о неподъемной сложности сегодняшнего реального мира для живой народной массы.Вообще, есть - на уровне общественной атмосферы - некоторое подсознательное представление о нормальной, правильной, должной сложности социума. Это можно явно видеть - допустим, на примере криминальных/тюремных сообществ. И тысячи раз описывалось, и так очевидно, что уголовная и тюремная жизнь в социальном смысле упрощены до невыносимости, и все известные хитрые штуки, условно "понятия", "закон" итп и призваны как раз доложить сложности в эту кастрюльку.
Так и здесь. Мир литературно хорошего романа этого жанра, каким бы сложно-фантазийным он ни был представлен, ладно скроен и крепко сшит. И нажимает на самую мякотку - радость читателя от того, что тот понимает, как этот мир устроен. Радость, слишком часто недоступную в мире реальном.
Андрей Парибок. Буддийская традиция включает в себя мощное философское, антропно-инженерное,операторское мышление, но она всегда чуждалась социального мышления и области стратегии. Поэтому, к примеру, Мао на раз-два обыграл тибетцев. И поэтому же отечественные буддисты обычно демонстрируют смесь прекраснодушия и эскапизма. Я бы им прописал основательные курсы по истории военного дела и по политической философии. Пусть классиков читают: Сунь цзы, Клаузевица. Лиддел как его, Макьявелли, Гоббса. Шмитта....
Наивность плохо кончается.
М. Ермолаев. Лишенный любви абсолютизирует недостатки других; исполненный любви восхваляет достоинства других, а недостатки воспринимает как повод вообразить то положительное, что может получиться после их исправления.
Эрнст Юнгер. Задача автора в той мере, в какой она имеет смысл для других, состоит в создании духовной родины, духовной среды обитания. Это может быть скромная ниша с каким-то изображением, скамейка у ворот, сельский домик, дворец, но может быть и лесной простор, и горные цепи или космическое пространство. Поэзия овладевает миром гораздо более глубоко, и власть ее долговечнее всякой науки, всякой политики. Она и по сей день вводит нас в стены Трои, во дворец Агамемнона. Подобно тому, как от героя зависит безопасность места, в котором обосновался человек, его пригодность для проживания, так от поэта зависит придать ему узнаваемость, чтобы люди его запомнили: чтобы оно стало для них родным. Поэты дарят нам большое жилье, большой кров. Поэтому там, где поэтов нет, тотчас же наступает царство ужасного запустения. Эти селения еще пригодны для обитания, однако они становятся неприютными, неосмысленными, внутренне неопознанными.