Categories:

Атеисты, язычники и политические активисты

"Отказ Зеленского принять владыку Онуфрия, безусловно, черный день в истории Киева. Символично, что случилось это в Крестопоклонную неделю. Человек святой жизни два часа простоявший у дверей президента - это еще и про Бога, пытающегося достучаться до тех, кто не ведает, что творит.
Это не первые гонения на украинских православных, для них это практически норма. Только из того, что вспомнил: польские гонения, советские, национал-социалистические, снова советские, со стороны униатов и националистов в девяностые годы, потом гонения после Майдана. В 2015 был убит выстрелом в голову настоятель киевского храма великомученицы Татианы - отец Роман Николаев. Двое в балаклавах подстерегли его у подъезда дома на улице Героев Сталинграда. Даже не пытались выдать убийство за ограбление - это было послание. Двое священников были казнены СБУ 16 марта прошлого года - ахримандрит Лавр (Березовский) в Житомирской области (тело до сих пор не найдено), и отец Сергий Тарасов в Киеве (останки со следами побоев родные нашли в одном из столичных моргов)." Владимир Григорян.

"То, что происходит сегодня по форме больше всего похоже на то, что делало ГПУ в 20-е годы, а затем СД - служба безопасности Третьего рейха. Ставка так же делалась на раскольников, так же отнимали Лавру, убивали священнослужителей.
Но нужно понимать, что других каноничных православных священников и иерархов, кроме как в УПЦ, на территории Украины нет, не было и не будет, не говоря про воцерковленных мирян. Атеисты, язычники, политические активисты, которые захватывают храмы, ходить в них не станут. Даже та дама, которая возглавив захват одной из церквей на Западной Украине, объявила себя ее настоятелем.
Говорить о принадлежности к православию новообразования, созданного константинопольским первоиерархом во время набега на чужую каноническую территорию - чистейшей воды цинизм. В лучшем случае, туда набраны запрещенные священнослужители, в худшем те, кого Патриарх Варфоломей сам не признавал священниками, и почему-то не захотел рукоположить при создании ПЦУ - того же Епифания. Это, конечно, не первая политическая церковь в истории, можно вспомнить "Живую церковь" в советской России или Reichkirche в Германии. К христианству это никакого отношения не имеет, и нужно хоть немного знать историю, чтобы понимать перспективы подобных политтехнологических проектов."